Фромм с усилием отвлекся от размышлений на тему страховки и аквариума, купленного матерью на распродаже. Шеф продолжал:
— Так вот, если они там все такие умные, мы прикинемся идиотами и будем ломиться, как медведь через малинник. То есть устроим легкий шум, о котором узнает вся группа «Арденн», включая аналитиков и лаборантов. Что это будет за шум, пока еще не знаю, может быть по линии Грюнешвейга. То есть откроем кое какие зацепочки… Если информация просочится за пределы нашей группы, мы сразу сможем вычислить шпиона. Если же все будет тихо, значит, соглядатай работает в каком то другом подразделении или в управлении, что, конечно, самый худший вариант. Кстати, когда Румшевитц оборвал меня на совещании, он имел в виду то же самое, и про это он потом говорил отдельно с руководителями групп. Но он предложил на материалах «Майнц Телефункен» проверять все группы вместе. И даже сотрудников бухгалтерии, юристов, вплоть до столовой, нашего бара и бильярдной. Интересно, мойщиков стекол, что лазают по нашему фасаду раз в два дня, он тоже имел в виду? Ну да ладно. При этом разговоре доктор, не помню, каких наук, фон Толль все время вертелся, чесался и заметно нервничал, хотя я приписываю это его грыже… Ну, Хорст, твои соображения?
— Хорошенькое дельце — копать под своих. — Фромм вздохнул, подошел к двери, выглянул в коридор, указал дымящейся сигаретой на квадратик вентиляционной решетки.
Фогельвейде полез в карман.
— Все чисто, не волнуйся. Тут у меня есть одна штуковина, Штрессингер снабдил, он хоть и тихоня, а голова варит. Включаешь, и, если где то что то стоит, штуковина начинает выть и верещать. Он говорил, что там наводящиеся электрические поля и еще какая то ахинея… Но факт остается фактом. Работает как часы. Я каждый день обследую эту конуру. Пока ничего не находил. А вот дома есть парочка «ушей». В ванной и в моей спальне. Ну да, я их не стал снимать. Во первых, неохота кафель над унитазом ковырять, а потом, что они услышат — как я или сынишка вываливаем переваренный обед или как Эльза чистит зубы? А в спальне, кроме спальных дел, мы с женой ничем не занимаемся… Так что в общем то плевать!
Манфред засмеялся, крутя на пальце маленькую металлическую коробочку, надетую на связку ключей, как брелок. Хорст задумчиво протянул:
— А может, им туда что нибудь сказать, по делу о проверке?
— Можно, конечно, подыграть, но только пустить это как вспомогательную пилюлю. Теперь давай решим, что предпринять. Какие у тебя соображения?
— Да, есть тут еще кое что. А именно, пока я валялся в госпитале, в моей машине кто то шарил. Это раз. Второе. У моего дома пасется один тип, физиономию которого я уже где то видел, при этом он явно не желает попадаться на глаза. В третьих, я дал указание своей Аннет написать и оставить на столе записку, будто я согласен им помогать. За хорошие деньги, разумеется. Если меня пасут, то порыться у меня в комнате им захочется и записку они найдут. Правда, что из этого можно выжать, пока не знаю.
Фогельвейде оживился, встал, немного походил вдоль стола, поправил репродукцию:
— Прекрасно, это просто будет подарок, если они клюнут. Можно будет выявить хотя бы одного шпиона и сесть ему на хвост. Через него и информатора выявим! Но об этом должны знать только мы с тобой. Ясно?
— Конечно.
— Теперь что бы такое еще устроить… Ах да! Ты же еще не знаешь. В стене сгоревшего банка нашли пулю, которой был убит полицейский. Как там его, Гесбрегер, кажется.
— Гесбергер.
— Вот вот. Баллистики определили: убийца стрелял так, чтобы падение полицейского прошло не замеченным для пожарных, стоящих на соседнем доме, это примерно уровень второго этажа. Грубо говоря, траектория ведет на пятый этаж здания, стоящего основным фасадом на параллельной улице. Порылись там и обнаружили следы, ведущие к некой подозрительной парочке. Сами вроде как из Бремена. В день пожара за дикие деньги сняли скромную комнатку у пожилой женщины фрау Меер. Пока горел банк, сидели в комнате, закрывшись и не выключая громко играющий магнитофон… После пожара сразу уехали, не дождавшись хозяйку, не взяв обратно аванс, бросив часть вещей. Да, одна деталь: на обоях, шторах, обивке мебели обнаружили подозрительно много пепла и копоти. Такое ощущение, что окно, выходящее на пожарище, было открыто. Предполагаемая траектория из него полностью удовлетворяет расчетной. Парочку сейчас разыскивают ушлые ребята Альтман и Мадекер. Они их откопают, тем более что есть подробное описание внешности подозреваемых. Хозяйка оказалась довольно глазастой. Значит, если у Альтмана и Мадекера все случится завтра или послезавтра, то эту парочку можно будет использовать как наживку, как блесну с колокольчиком. Правда, тут участвуют двое наших парней, но я думаю, если они их возьмут, это будет стопроцентной гарантией, что ни Мадекер, ни Альтман не работают на «М Т». Логично?