Через десять дней Макс ступил на чужую, горячую землю. Совсем рядом простиралась саванна, полная таинственной и незнакомой жизни.
Темнело быстро. Макс, прислушиваясь к ночной жизни заповедника, по привычке взглянул на Луну — и вздрогнул. В небе горизонтально висел странный рогатый месяц — совсем не такой, как положено.
Всё было неправильно.
Работа в парке Максу нравилась. Почти для всего списка уже были сделаны фотографии, снабженные подробными заметками и описаниями. Не хватало только гиеновых собак, которые почему-то ни разу не встретились. Малочисленный кочующий вид, что с них взять?
И можно было бы с чистой совестью возвращаться. Вот только...
Рейс переносится по техническим причинам. Рейс откладывается. Приносим свои извинения. По предварительным данным, ваш рейс переносится на...
Каждый день администраторы лагеря любезно сообщали новые сведения о временном отсутствии авиасообщения и какой-то там компенсации.
Время шло. Луна росла.
Изображать чехословацкого влчака в аэропорту или, того лучше, в самолёте Максу как-то не улыбалось.
— Максим, успокойся. Тебе компенсируют эту задержку, проживание тоже оплатит фирма. Я приношу свои извинения. Семнадцатого уже точно можно будет лететь, мне подтвердили в офисе. Это самая ранняя...
— Нет! Семнадцатого я лететь не смогу! Переносите на девятнадцатое — выпалил Макс, стиснув телефон. Дату ближайшего полнолуния он уже помнил и без календаря.
— То есть как не можешь? Почему?? — Игоря Васильевича такой ответ явно ошарашил.
Макс нервно теребил чехол фотоаппарата. Наверно, лучше сказать правду.
— Потому что семнадцатого полнолуние.
— И? В полнолуние нельзя летать на самолётах?
— Игорь Васильич! Я, вообще-то, фотограф. Я сюда за редкими кадрами приехал. Зверей ваших почти всех отснял. И вы удивляетесь, что я хочу увидеть полнолуние в Ботсване, когда до него остаются только одни лишние сутки? Меня тут маринуют десять дней. Теперь уж как-нибудь переживу и одиннадцатый!
***
Вечером семнадцатого июня Макс смотрел на закат. По другую сторону от заходящего Солнца поднималась Луна. Скоро её станет видно, и можно будет пробежаться на четырёх лапах...
Пробежаться?
Здесь, в национальном парке, ночи были такими же насыщенными и полными жизни, как и дни. Что будет делать волк на открытых пространствах саванны, где он — чужак? При полной Луне многие выйдут на охоту. Даже те, кто в безлунные ночи предпочитает ждать до рассвета... Впрочем, рассвет ничего не изменит: превращение длится от луны до луны.
Макс потихоньку выбрался из лагеря и побрёл прочь. Не дай бог, кто-то увидит тут волка... Воображение живо нарисовало музейное чучело. И подпись: Canis lupus, Ботсвана, единственный экземпляр. Интересно, а он так и останется в виде волка, или на следующее утро ретивые исследователи найдут настоящий человеческий труп?
Глупости. Надо настроиться. Бродить. Вдыхать запахи, слушать шорохи. Осталось, наверно, минут десять... пять... Солнце плавно уходило за горизонт, с противоположной стороны величественно поднималась огромная полная Луна. Две минуты... Вот она уже видна почти целиком...
Макс не заметил, как возле него материализовался высокий, длинноногий зверь странного окраса. Заметным оказался только внезапный укус. Человек, которому не хватало нескольких секунд, чтобы стать волком, обернулся. Увидел несуразно огромные круглые уши на вроде бы собачьей голове. В глазах диковинного зверя отразилась полная Луна. «Что-то мне это напоминает», — успел подумать Макс и провалился в обморочную черноту.
***
— Так и будешь всю ночь валяться?
Макс вынырнул из обморока в ночную саванну. Господи помилуй, снова эти уши!
Зверь смотрел очень насмешливо, и Макс почувствовал себя уязвленным. Да что она себе позволяет, эта тощая, пёстрая ушастая собака? Он, в конце концов, таёжный волк-оборотень, а не пугливый турист!
Макс с достоинством поднялся, шагнул в полосу лунного света, глянул на свои лапы и понял, что сокрушительно ошибался.
Оборотень — да.
А волк — нет. Теперь уже нет...
— С-с-собаковая гиена... — пробормотал Макс. До него наконец дошло. — Гиеновая собака...
— Собака, собака. Гиены понравились бы тебе ещё меньше — ехидно заметила лопоухая зверюга. — И кстати, держись от них подальше, целее будешь. Не думаю, что вся стая пойдёт тебя выручать.
— Какая ещё стая?