- Нас могут найти по следам, - заметил Бернард, спешиваясь и помогая слезть с лошади Сандре.
- Надвигается ураган; дождь смоет их, а то, что останется, буря накроет опавшей листвой, - возразила старуха. Задрав голову она взглянула на небо, ещё с утра бывшее безоблачным, но теперь тяжёлые тучи затягивали его тёмным покровом и в подтверждении этих слов первые капли упали на её лицо, а налетевший ветер зашумел в вершинах высоких сосен. - Но разве о том тебе нужно думать? Я бы на твоём месте побеспокоилась об этом, - и ведунья ткнула пальцем в направлении раздувшегося живота. - Что бы там ни было, оно рвётся наружу.
- Ты поможешь мне? - спросила Сандра, впервые вступив в разговор, и хозяйка ответила, после раздумий, открывая дверь и пропуская беглянку внутрь: - Я посмотрю тебя. А ты, - приказала она Бернарду, - спрячь пока лошадей. Никто не должен знать, что вы здесь.
***
За оврагом, прорезанным мелкой речушкой, стоял старый овин, в котором Тёмная Эльза, когда была моложе хранила заготовленное на зиму сено для своих коз, сейчас же помещение пустовало и юноша, нарвав побольше травы, запер в нём лошадей. Затянувшие небо тучи пролились мелким затяжным дождём, что мог идти, не переставая днями напролёт, заставляя реки выходить из берегов. Поднявшийся ветер срывал листву, и она падала на землю цветным ковром, подминаемая сломанным сухостоем.
Когда он вернулся к хижине, женщины уже сидели за столом. Разговор не клеился, и обе вздохнули с облегчением, когда он вошёл внутрь. Вода в железном котле на растопленной печи закипела; Тёмная Эльза, бросив в глиняные кружки чабреца, мяты и ещё чего-то менее пахучего, залила кипятком, а девчонка сказала, делясь с Бернардом результатом осмотра: - Есть две новости и обе так себе. Плод, что ношу в утробе созрел, и чудовище со дня на день появится на свет. И ещё, у меня больше не будет детей. Моё лоно мертво - семя монстра выжгло его дотла.
Стоя у печи, старуха молчала, не вмешиваясь в разговор. Поставив обжигающую пальцы кружку, юноша болезненно схватился за мочку уха и, собравшись с мыслями начал, обращаясь к обеим: - Мы не можем долго ждать. Скоро полнолуние и дьявол вырвется наружу, не утруждая себя рождением. Отец даёт Иному жизнь, мать же для него лишь средство появления на свет. Тем более, сейчас крохотное существо действует инстинктами, а не разумом. В любом случае мы должны поспешить.
- Откуда ты знаешь, как рождаются монстры? - ворчливо спросила ведунья, скрестив руки на груди.
- Он прочёл это в мудрых книгах, когда был жрецом, - пояснила Сандра, а хозяйка возразила, качая головой:
- В книгах нет мудрости - то, что мертво, не может учить жизни.
- Как бы там ни было, ты должна нам помочь, женщина. Сегодня или самое позднее завтра, ты разрежешь ей живот и вытащишь оттуда младенца.
- Такое поможет ребёнку, но не матери. Ни одна женщина ещё не выжила после этого.
- Она будет первой. Не беспокойся об этом, а сделай так, как я прошу. Так у неё хотя бы появится шанс.
- Хорошо, - неохотно согласилась колдунья задумчиво глядя на сидящую к ней спиной девушку. - Пусть это будет завтра.
Поднявшийся в день их появления ураган не стихал все это время, пусть был он и не таким, какой видела старуха в своём видении. Толи от страха перед скорыми родами, толи от подхваченной простуды Сандра слегла, занедужив и лишь спустя несколько дней пошла на поправку, благодаря целебным отварам хозяйки.
Бернард тревожно поглядывал на затянутое тучами небо, боясь увидеть полный круг луны, и лишь только девчонка немного окрепла, стал торопить знахарку. Та неохотно принялась готовиться к извлечению плода, заставив Сандру выбрить лобок, сама же что-то долго искала на стеллажах из сосновых досок, заставленных склянками с зельем и мешочками с сушёной травой, перекладывая их с места на место.
- Что ты там ищешь? - теряя терпение, не выдержал Бернард, ему казалось, ведьма просто тянет время.
- Ищу чем унять боль, ведь мне же придётся резать ей живот, - не оборачиваясь, ответила та, зажав рукой, наконец-то найденное снадобье.
- Не беспокойся, она у нас королева боли. А ты когда-нибудь делала что-то подобное?
- Нет, - равнодушно ответила женщина, и парень, спросил с тревогой:
- Откуда же ты знаешь, как извлекать дитя?
- Читала об этом в рукописи, - удивлённый этим заявлением, бывший жрец вышел из хижины и, закрыв за ним дверь, Тёмная Эльза стала готовить девушку к родам.
Убрав всё со стола, она постелила одеяло, и, раздевшись, Сандра легла на него. Высыпав в чашу перетёртую смесь пряно пахнущих высушенных цветов, капнув туда же несколько капель напоминавшей чёрный мёд тягучей субстанции, колдунья развела её в воде и гусиным пером смазала похожий теперь на огромный шар живот. Тело немело, роженица вдруг перестала чувствовать всё, что находилось между грудью и ногами, словно там не было нечего. Давая время зелью подействовать, повитуха накалила в огне нож, а потом, охладив, принялась за дело под шум барабанящего по крытой берестой крыше дождя.
Разрезав живот, женщина осторожно раздвинула мышцы и, сделав надрез на матке, вскрыла плодный пузырь. Утирая со лба капли выступившего пота она, перерезав пуповину, аккуратно извлекла ребёнка, а после этого удалила послед.
Новорождённый мальчик не кричал как другие дети, а, не мигая смотрел на повитуху и от этого взгляда ей стало не по себе. Омыв ребёнка в лохани, она положила его на единственное ложе, которое сейчас делила с девчонкой и вернулась, дабы зашить живот. Но ведомые друг к другу неведомой силой края разреза стягивались на её глазах, и вскоре на этом месте не осталось даже следа, а ни то, что шрама.
Извлечение плода не заняло много времени, хотя Бернарду показалось, прошла вечность и когда старуха вышла выплескивать грязную воду, он снедаемый тревожными мыслями проскользнул внутрь.
- Ну как ты? - глядя на бледное лицо девушки, лоб которой покрылся крупными каплями холодного пота, спросил он, и старуха ответила, отодвигая его от стола: - С ней всё будет хорошо.
- А с ребёнком? Он что умер, я не слышал его криков.
- А что с ребёнком? Обычный малец, коих я повидала не мало, лишь может быть излишне смугл для наших краёв. А криков не слышал, потому что он не издал ни звука, что может и странно, но не смертельно.
С трудом скрыв разочарование - была надежда, дитя монстра скончается в утробе и им не придётся предавать его смерти - бывший жрец сел на полено у двери. Однако старуха вновь выпроводила парня на улицу и он, воспользовавшись тем, что дождь перестал, понёс сухие дрова для погребального костра.
Когда всё было готово, Бернард вернулся к хижине и, услышав его, поддерживаемая знахаркой Сандра, вышла на улицу, держа в руках запелёнатое в пелёнки новорожденное чадо. Молодой человек лишь покачал головой от неудовольствия - он боялся, что материнский инстинкт помешает девчонке сделать задуманное.
- Будь сильной. Дьявол искушает тебя, представая в образе твоего ребёнка, но на самом деле это лишь кровожадный монстр, что вскоре вырастет и принесёт немало горя.
- Сердце моё твердо, - ответила беглянка, и словно опровергая только что сказанное, спросила, дрогнувшим голосом оборачиваясь к старухе: - Я могу его покормить? Перед смертью.
- Это ни к чему, - возразил Бернард, переглянувшись с колдуньей и та добавила: - У тебя может и не быть молока.
Она замолчала, не давая ей, расклеится окончательно, бывший жрец хотел взять у неё младенца, но девушка с ужасом отпрянула от него: - Нет, нет. Я сама сделаю это.
- Ты не сможешь, - вздохнув, возразил юноша, качая головой, похоже, его худшие опасения стали сбываться. Скоро, он надеялся на это, Сандра станет обычной и тогда он сможет силой забрать у неё страшное дитя, но за это время она окончательно привыкнет к нему и может наделать глупостей.