Теперь я добил его тэтцуи коми ками учи. Удар молотом. Тоже сбоку, в висок.
Тоже попал. Оборона противника посыпалась. Он пытался отбиться, но я атаковал снова и снова. Хотел добавить локтем. И услышал рев рефери:
— Ямэ! Стой!
Я замер с занесенной рукой. Отошел назад.
Рефери посмотрел на судей. Тот, что посередине, кивнул. Это был Белоухов.
— Иппон. Победа.
Ну что же, отлично. Я увлекся. Сам не заметил, что уже победил. Нанес противнику чистые удары.
Мы поклонились. В том же порядке, что и в начале поединка. Потом встали в центр татами.
Встали в мусуби дачи. Пятки вместе, носки врозь. Руки прижаты к бедрам. Пожали друг другу руки. Поклонились. Сказали друг другу: «Осу».
Противник был выбит из колеи. Как будто весь воздух из него выпустили.
Ну да, проиграл белому поясу. Эх, приятель, не надо так убиваться. На самом деле, ты сражался с черным поясом.
Я спустился с татами и подошел к Щепкину. Тоже поклонился.
— Победа, сенсей!
Тренер приобнял меня. Расчувствовался, бедолага.
— Молодец, Ермолов. Какой ты молодец!
Он оглянулся на судей.
— Но радоваться рано. Сегодня еще четыре поединка. Готовься. Скоро второе твое выступление. У тебя десять минут максимум.
Ну да, это отборочные поединки. Иногда они бывают один за другим.
Щепкин снова убежал к судьям. А ко мне подошел врач, взял за перебинтованную руку. Ощупал, пытливо заглянул в глаза.
— Больно? А так? А вот так?
Я мотал головой. Старался скрыть боль. Не скажу, что прям сильно острая. Но была.
Осмотрев руку, врач вроде успокоился.
— Ладно. Если будет болеть, скажи. Не надо драться с травмой. А то будут последствия.
И отошел.
Теперь ко мне подошли остальные наши ученики. Даже Мельников и Смелов. Пробурчали поздравления. Сказали, что я молодец.
Остальные радовались, хлопали меня по спине и обнимали. Рома сиял так, будто сам выиграл поединок.
— Ладно, ладно, — заявил я. — Это всего лишь отборочный бой. Посмотрим, смогу ли я забрать остальные. Время покажет.
Я снова туго перебинтовал кисть. Пришел Щепкин.
— Ты будешь драться с шестым кю. Из клуба «Черный тигр». Сыроежкин. Этот противник уже полегче. Ты должен его победить.
Да, это зеленый пояс. Уровень пониже, чем у предыдущего противника. Посмотрим, кто он такой. Но все равно, даже такой может легко меня вырубить. Если я чересчур расслаблюсь.
Чтобы прийти в себя, я сел в сэйдза. Снова постарался очистить сознание. Смыть все эмоции, словно губкой.
Сначала ничего не вышло. Вокруг шум и крики. Пару раз меня кто-то случайно толкнул, проходя мимо.
Потом получилось. Причем очень даже хорошо. Я избавился от эмоций. Избавился от всех мыслей. Сидел, наблюдал за собой, словно в зеркале.
Кто-то тронул меня за плечо.
— Эй, Витя, вставай. Твой выход.
Я открыл глаза и сфокусировал зрение. Передо мной стоял Щепкин. За ним трое остальных наших. В том числе и Рома.
Ну да, пора. Я поднялся, размял затекшие ноги. И отправился на следующий поединок. Что там за Сыроежкин такой?
В этот раз татами находилось в другом месте. Меня, как белого пояса, снова вызвали первым. Я зашел на маты, ощущая их гладкую прохладу голыми пятками.
Само собой, сначала поклоны. В последнюю очередь, противнику. Теперь я смог внимательно его рассмотреть.
Так вот ты какой. Примерно моего роста. Может, чуть ниже. Большая круглая голова. Круглые глаза и крупный картошистый нос. Да и вообще весь он какой-то круглый. Колобок.
Итак, что я вижу? Что говорит мой инстинкт? Какую тактику будет использовать мой противник?
Достаточно ли у него огня в глазах? Чтобы идти в атаку?
Или он, наоборот, холодный, как лед? И будет держаться в обороне?
По команде рефери мы встали в боевые стойки. И вот теперь я сразу увидел, что он будет обороняться.
Сыроежкин встал в кокутсу дачи. Защитная стойка. Но и удобная. Руки перед собой ладонями. Ступни на одной линии.
По-моему, он слишком перенес вес на правую ногу сзади. И я сразу решил, что это для обороны.
Ну что же, посмотрим, поможет ли ему такая стойка. Хотя, из нее можно быстро перейти в атаку.
— Камаэтэ! — крикнул рефери. Невысокий худощавый мужчина в белом ги. Глазастый и подвижный. — Хаджиме!
Мы медленно сблизились. Я же говорю, он решил защищаться. Подходил потихоньку. И на средней дистанции утима ма-ай атаковал первым.
Выбросил правую ногу. Еко гери. Удар ребром стопы в грудь. Прощупывающий.
Я отошел назад. Сыроежкин не стал меня преследовать. Остановился. Выставил колючки рук и ног.
Ладно. Раз уж он решил сидеть в своей раковине, не буду ему мешать.