— Витя, пора, — голос Ромы. — Вставай!
Что это? Ах да, у меня же поединок. Прямо сейчас. Я открываю глаза, встаю с колен. Ноги опять затекли. Значит, я сидел долго. Сам не знаю, как долго. Впрочем, какая разница?
А меня неплохо так припекло. Иногда такое бывало после дзен медитаций. Восприятие расширяется чуть ли не до размеров галактики. Я бесстрастно отношусь к происходящему. Как будто это все не со мной.
Я иду мимо наших парней с клуба. Они хлопают меня по спине. Желают успеха.
— Давай, Витька! Покажи им!
— Ты сможешь!
— Удачи, Витек!
Спасибо, конечно, но плевать. Я не слышу шума соревнований. Вернее, слышу, но приглушенно. Он звучит где-то далеко. Отражается от высокого потолка.
А у меня в голове звучит музыка. Какой-то доселе незнакомый рок-н-ролл. Аккорды гитары разрывают внутренний слух. Хм, а это красивая мелодия.
Тренер ведет меня к татами. Перед тем, как выйти, кланяюсь учителю. Хотя, он не совсем мне учитель. Знания карате мне дали другие люди. Но тем не менее, я отдаю дань уважения.
Выхожу на татами. Разминаю руки. Кисть побаливает. Но я тоже смотрю на боль отстраненно. Это не моя боль. Это чужая. Боль, боль, перейди на Федота.
Теперь поклоны. Судьям. Рефери. И противнику. Да, это тот самый смуглый иранец. Теперь я вижу его перед собой. Ниже меня на полголовы. Но плотнее. И очень быстрый.
Я отмечаю это краешком незамутненного сознания. Теперь я вижу это отчетливо.
Соперник быстр. Очень быстр. Это гребаная ракета. Чертова молния. И он техничен. Очень опытный и очень перспективный боец. Нутром я чую в нем воина. Настоящего воина.
— Камаэтэ! — ревет рефери, высокий мощный парень. Настоящий медведь. — Бойцам приготовиться!
Мы встаем в стойку. Вернее, встает мой противник.
Он становится в неко аши дачи. Правая опорная нога согнута и развернута во внешнюю сторону. Левая спереди. Опирается на носок. Пятка едва касается пола. Эту стойку еще называют кошачьей. Изящная и очень удобная для ударов ногами.
Правда, неустойчивая. Зачем противник встал в нее? Он что, не понимает? Я сейчас быстро прорву его оборону.
— Хаджиме! — кричит рефери. — Бойцы, начинайте бой!
Ну, поехали. Я стою в обычной естественной стойке. Это даже не стойка Курбанова. Почти боксерская, только руки на уровне солнечного сплетения.
Мы сближаемся. Вернее, я быстро иду вперед, а противник стоит на месте. Но вот, он тоже делает подшаг вперед.
Меня еще колбасит после медитации. Звуки тяжелого рока все также ревут в голове. Но ничего, так даже лучше.
Я подхожу еще ближе. Средняя дистанция. Нацеливаюсь для удара ногой. Для очень необычного удара.
Хоба! Внезапно иранец перемещается чуть в сторону и вперед. Ко мне. Быстрый и ловкий лоукик по моей левой ноге. По голени. И тут же еще один. И еще. Одной ногой, только очень и очень быстро.
Я ухожу назад и вправо. Четвертый удар пролетел по воздуху. Моя нога горит от ударов.
Что это было? Откуда такая фантастическая скорость? Он движется, как человек-мутант. Герой с суперспособностью.
Но раз уж я нацелился ударить, чего откладывать?
Я иду вперед. Быстро поднимаю ногу максимально вверх. Изнутри наружу. И теперь наношу удар пяткой вниз. По голове противника. Нога чуть сгибается, в момент удара прямая, как палка.
Ороши учи какато гери. Удар пяткой сверху вниз. Опасный и сильный. Если бы достал противника, бой тут же закончился бы.
Правда, мне не хватает растяжки. Черт, надо тренироваться. Тренироваться как можно больше.
А ведь противник не спит. Уходит в сторону. Он движется молниеносно.
И тут же контратакует. Снова лоукик. Гедан маваси гери.
От торопливости мы столкнулись корпусами. Он пытается снова атаковать снизу. Что тебя так зациклило? Я не успеваю за его атаками.
Бью в голову кулаком. Получился почти боксерский апперкот. Только кулак не горизонтально. А вертикально.
Он придвинулся еще ближе. Тоже бьет в корпус. Сэйкен цуки. Мы в клинче.
— Стоп! — рефери уже забыл про японские термины. — Разойтись.
Мы останавливаемся. Разбегаемся в разные стороны. Я поправляю ги. От ударов противника куртка вылезла из-за пояса. Или он меня хватал?
— Хаджиме! — кричит рефери.
Мы опять идем навстречу друг другу. Вернее, я подхожу. А он стоит в своей стойке. И снова наносит удар по моей голени. Слушайте, а ведь это такая тактика.
Нечто вроде тайского бокса. Примененная против меня самого. Вот только бьет он, именно как каратист. А не как таец. Больше конечностями, а не всем весом тела.