Погладил меня с головы до пят своей лапищей. Сил у меня не осталось, на последнем издыхании подхватила с пола старую доску и огрела дерзкую, бесстыжую морду. Ильич рыкнул, ему такие удары, как дуновение ветерка, только и указывали на мою обиду не больше. Взял за талию и кинул. В буквальном смысле, бросил на кровать через весь домик. Я даже пикнуть не успела, разок махнула руками в полёте и приземлилась на мягкий хлам. Подогнув к себе ноги, я замерла в позе эмбриона.
От его тяжелых шагов даже надёжные половицы шатались. Затрещали смолой поленья в печи. Оборотень протащил стол по полу, наводил порядок. От этих звуков мне неожиданно стало спокойно на душе. Я угомонилась, чему голод и усталость непременно способствовали. Стала потихоньку засыпать.
А проснулась от жажды. Мне было очень жарко. Приоткрыв глаза, я увидела, что луна заглядывает в окошко, скользит по старинным шкурам, одеялам и одежде, скомканными в одну кучу на кровати. Мягкий свет полз по большой руке оборотня. Лихо лежал за моей спиной, прижимая к своему огромному шерстяному телу. Моя голова оказалась на его плече.
На мощном предплечье как реки на картах выделялись вены. Я чуть коснулась их. Кожа светло-серая была бархатистой, на столько нежной, что подушечки на моих пальцах казались грубее. Если бы не повышенная волосатость, то можно было бы часами об такого обтираться. Широкое запястье с выделяющимся бугром круглой кости. Тыльная сторона ладони тоже в выпуклых венах в лунном свете, они казались чёрно-синими. Содрана кожа на костяшках у основания пальцев. Буянил, дрался и опять бил стены с психу. Провела по его пальцам. Длинные, костлявые и сильные заканчивались острыми когтями, которые со времени моего побега успели отрасти. От среднего пальца до локтя гребнем тянулась меховая дорожка и там заканчивалась седым хвостиком.
Медленно поднялась и села на колени рядом с оборотнем. Он лежал на спине и подсматривал за мной. Волчьей головы уже не было. Высокий лоб, острый длинный нос, от его кончика до густых лохматых волос бежал очередной меховой гребень, который опоясывал все части его тела. Мохнатые брови, уходящие к вискам, в ночи казались, покрыты инеем. Под ними огромные полуприкрытые, красивые, миндалевидные глаза, приглушённо сияли жёлтым светом. Скуловые кости выпирали под бледной кожей. Лохматая борода, как изо льда высеченная и сосульками укрывающая шею и грудь.
Я завороженно смотрела на него и не могла оторваться. Почему оборотней не рисуют такими красивыми. Ни с кем несравнимое фантастическое существо. Не зверь уже, но и далеко не человек. Изумительный, роскошный, сеющий вокруг себя сказку, серебрился особенно ночью под луной. Настолько он был нереален, что я думала, сплю. Но нет, нос уловил обалденный запах варёного мяса, и я вышла из сладкого морока восхищения.
9
В алюминиевом котелке на варочной плите печки в крутом бульоне болтался кусок кабанины. Варился, видимо долго, потому что таял во рту. Я давно не ела, вцепилась зубами в мясо и сладко, протяжно простонала. Ильич ещё и посолил своё варево. Как же вкусно, но мало. Я подумала, что с голода много есть нельзя…и оборотень тоже ведь думал так. В полутьме, кинула взгляд на кровать. Лихо лежал молча не шевелился, и, казалось, спал, но я то знаю, бдит.
Сытость пришла почти сразу, как только я обглодала косточку. Сладкая истома сделала моё тело мягким, податливым. На ватных ногах, я, зевая, встала под свою полку и с грустным видом уставилась на неё. Почти три метра потолки в этом доме, брёвна огромные, гладкие, просто так под крышу не запрыгнешь. Без воодушевления осмотрев полосу препятствий до моего лежбища, квёло и лениво потащила своё неповоротливое тело обратно к кровати. Очень надеясь, что Ильич не примет это, как добровольное согласие спать с ним. Он у меня интеллигентный, девушек не насилует, только соблазняет. Вот, кто мне в глуши таёжной такое мясо приготовит? Только настоящий ухажёр.
Посоловело я расстелилась по барахлу на кровати и повернулась на бок к оборотню спиной. Луна, как яркий уличный фонарь продолжала воровато заглядывать в жилище, освещая всё своим холодным светом. Я слышала, как дышит оборотень. Ждала пропасти в сновидения, но нет. Лежала без сна, боясь шевелиться и привлечь к себе внимание. Мысленно заставляла себя отречься от разных мыслей, нужно уснуть, потому что нужно рано вставать. Это привычка, на самом деле, мне никуда не нужно. С таким раскладом ещё смириться надо.