Итак, зрение его подвело, может быть, слух поможет что-то прояснить? Увы, все, что различали его уши — лишь глухой гул, сквозь который пробивались отдельные звуки, настолько же нечеткие, как и мелькающие в тумане силуэты.
В довершение картины полнейшего хаоса этот неправильный мир пах медью и имел кислый железный привкус. Это было довольно странно — то, что ему в голову пришли такие необычные ассоциации. Металлы… Их тут было мало, и он давно не имел с ними дела, почему же вдруг…
Стена тумана вдруг разошлась в стороны, и из нее проступил один из мелькавших там силуэтов, превращаясь в щуплого светловолосого парня, одетого в забавный бесформенный балахон, перепоясанный веревкой. Путешествие по туману не прошло для парня даром — алый цвет собрался густыми потеками на его лице и одежде, превращая его в свою квинтэссенцию. Алое сердце тумана.
Парень упал около него на колени, схватил его за плечи и принялся отчаянно трясти. Его губы шевелились, но не было слышно ни слова. Это было странно, и он напрягся, пытаясь пробиться сквозь стену алого гула. Пробиться и услышать… Наверняка это важно, в глазах парня кипит искренний ужас, и поэтому он должен попробовать…
Он напрягся, вглядываясь в дрожащие губы парня, и наполовину услышал, наполовину прочитал на них…
— Рат! Рат! Да очнись же ты! Очнись! Бог милосердный, да скажи что нибудь! Положение отчаянное, мы сдерживаем их буквально чудом! Ты должен собраться и остановить их, слышишь! Ты…
Парень захлебнулся криком и судорожно закашлялся. Воспользовавшись паузой, он попытался осмыслить то, что удалось воспринять. Рат… что-то знакомое. Постойте, ведь это же он сам, это его имя. Оно неполное, ведь на самом деле его зовут…
— Рат! — парень смог справиться с приступом кашля и взялся трясти его с новой силой. — Посмотри по сторонам! У нас нет другого выхода! Я понимаю, что ты чувствуешь… Но тебе придется! Посмотри туда, видишь? Они вот-вот прорвутся!
Он послушно взглянул в указанном направлении, но, как и раньше, все что он видел — лишь красную муть.
— Я ничего не вижу, — хотел сказать он, но из горла вырвался лишь тихий хрип. Парень, пытавшийся что-то разглядеть в его глазах, вдруг наклонился вперед и с силой провел по его лицу рукавом своего грязного балахона.
— Смотри! — сказал он снова, и туман вдруг расступился по мановению его руки, позволяя увидеть.
Они находились на небольшом пригорке, расположенном неподалеку от высокой скальной стены. Прямо напротив него стену прорезало узкое ущелье. В устье ущелья и находилось то, что заставляло землю содрогаться время от времени, и эта причина заставила его сердце забиться быстрее. В проходе сцепились два колосса — покрытый коркой брони неуклюжий гуманоид, похожий на классического каменного голема, каких любили рисовать средневековые художники; и наседавшая на него огромная туша, слепленная из бесчисленного множества лап, ртов и щупалец. Эта схватка напоминала противостояние порядка и хаоса, сошедшее с полотна художника — импрессиониста.
Как это обычно и бывает, порядок уступал. Двух его рук было слишком мало, чтобы остановить бесчисленные удары, сокрушающие его броню; его падение было очевидным и оставалось лишь вопросом времени. Однако же, другие участники битвы не желали ждать окончания схватки своих чемпионов, и спешили поскорее сцепиться со своими антагонистами. Сплошной поток из тел вырывался из зева ущелья и просачивался под ногами борющихся великанов. Часть из них гибла, растоптанная их массивными ногами, остальных же встречала хлипкая баррикада, за которой засели немногочисленные остатки ее защитников. Судя по пестроте их снаряжения, воинов собирали по всей многовековой истории планеты. Тут были и копейщики, царившие в битвах древнего мира, и рыцари средневековья, и мушкетеры нового времени, лихорадочно палившие в набегающую толпу. Позади редкого строя метался их, видимо, командир, растрепанный, с обломком шпаги, намертво зажатым в руке. Он что-то кричал, широко открывая рот, и казалось, что этот последний оплот порядка держится непосредственно на его крике, будто цемент связывавшем в единый монолит павших духом, отчаявшихся людей.
— Ему конец! — пробился сквозь вату голос странного парня. — Этот увалень слишком туп, чтобы сделать что-то, он простоит еще пару минут и на этом все. Мы должны что-то сделать, слышишь, Рат! Ты должен, ну! Мы проиграли там, но это еще не конец!
— О чем это он? — скользили в голове равнодушные мысли. — Чего он от меня хочет? Если огромный бронированный монстр оказался бессилен, то что могу я, такой маленький, жалкий. Меня раздавят еще на подходе, и это будет так глупо. Нелепая смерть. Совсем как…