Павел поморщился и вяло помахал рукой куда-то вправо — именно оттуда донесся мерзко-жизнерадостный голос Алекса. Шевелить головой категорически не хотелось — каждое движение вызывало ослепительные вспышки боли в области затылка. Хотелось съесть целую пачку аспирина за раз, но где ж ее взять.
Казалось бы, зачем нужны какие-то жалкие таблетки, когда у тебя внутри живет целая химическая фабрика? Но дело в том, что своему печальному состоянию Павел был обязан как раз этой "фабрике" по имени Сим. Симбиот, недовольный вялыми реакциями мозга из-за бессонной ночи, щедро вбросил в кровь один из недавно разработанных экспериментальных коктейлей. Побочными эффектами от этого зверского энергетика Павел и наслаждался в настоящий момент, периодически подгоняя расстроенного Сима, спешно фильтрующего ткани организма от собственного детища. Состав, как назло, оказался невероятно стойким и пронырливым, успешно сопротивляясь попыткам нейтрализации. Павел уже подумывал приспособить его в качестве яда — поднять немного концентрацию, и всё, любой, у кого есть что-то вроде мозга, обречен.
— Что такой помятый? Похмелье, что ли, мучит? — хохотнул Алекс, присаживаясь рядом. Павел неопределенно покрутил кистью, показывая, что не слишком стремится к общению. На удивление, помогло. Сенсор понимающе хмыкнул, порылся в кармане куртки и вложил в руку Павла продолговатый корешок, похожий на тощую морковку, больную скалиозом.
— Пожуй, помогает. — посоветовал Алекс и откинул голову назад, прикрыв глаза. Каменная стена стоящей неподалеку от ворот хибары была весьма посредственной подушкой, но его это ничуть не смутило. Кажется, предстартовый мандраж помешал заснуть не одному участнику будущего похода.
Павел скептически поглядел на корешок и все-таки попробовал его откусить. Вряд ли станет хуже — куда еще-то. Хм, ну, по крайней мере он сладкий… И вроде даже мытый.
Тусклый шар солнца, казавшийся из-за утренней дымки грязной сороковаттной лампочкой, медленно выползал из-за горизонта. Головная боль медленно отступала, не то под действием чудо-корешка, не то усилия Сима все-таки возымели результат. Как следствие — Павла стало клонить в сон. Ну отлично, значит, ночью заснуть было никак, а перед самым выходом — пожалуйста. Дурацкий организм, когда уже симбиот нормально разберется с его управлением…
В такую рань весь город спал, и в полной тишине, нарушаемой лишь тихим сопением задремавшего сенсора, Павел различил еле заметный шелест чьих-то шагов. Да, неплохо у него получается, чуть-чуть отвлечешься, и он уже у тебя за спиной. Опасный парень — очень жаль, что они в ссоре. И хорошо, что Павел ему нужен.
— Доброе утро. — негромко произнес Павел, стараясь не разбудить Алекса. Откуда-то слева донесся скептический хмык.
— Какое, нахрен, доброе. Шутник…
Павел неопределенно пожал плечами.
— Уж извини, какое есть.
До ушей Павла донесся металлический щелчок, запахло дымом.
— Чего в такую рань-то подорвались? Надеялся, небось, свалить из города до того, как я очухаюсь? А вот хрен ты угадал. — Локи хрипло хохотнул, совершенно фальшиво и без капли веселья. — Уж очень долго я этого ждал.
Павел повернул голову и встретился взглядом с человеком, у которого был голос вчерашнего ночного гостя и совершенно новое лицо. Даже если сделать хорошую скидку на темноту подворотни, за эти несколько часов мужчина хорошенько поработал над собой и почти вернул себе человеческий облик. Немного подвел только левый уголок рта — он ощутимо провисал вниз, создавая ощущение, что лицо Локи слеплено из двух половинок — веселой и грустной. Хотя как веселой… скорее мрачно-торжествующей.
— Да мне в общем-то все равно, — честно признался Павел, отводя глаза. Смотреть на Локи было, пожалуй, еще более неприятно, чем раньше. Уж больно его лицо напоминало сломанную маску.
— Да я вижу, что тебе все равно. Раз уж с нами идёт этот шут.
— Да пошел ты. — абсолютно не сонным голосом парировал Алекс, не открывая глаз.
— Что, скажешь, я не прав? — спросил Локи, затягиваясь мятой самокруткой. — Ты сколько раз уже лез в самую задницу, А-класс? Все на удачу надеешься, а толку тебе от нее, если ты ее использовать не в состоянии? Сам не знаешь чего хочешь, творишь какую-то дичь. Только народ веселишь. Чем не шут, а?
— Отвали от меня со своими мозголазными штучками, — буркнул Алекс. — Хренов скандинавский бог, выебанный конем. Куда хочу, туда и хожу. Пока могу. Как не смогу — буду лежать на месте.
Локи промолчал, занявшись своей сигаретой — тонкая бумага самокрутки расползалась, и ее приходилось периодически подклеивать. Вряд ли он не нашелся с ответом — скорее, его отвлекли шаги очередного участника, приближавшегося к точке сбора.