— Постой… — скорпион резко остановился, едва не растеряв своих пассажиров, не ожидавших такого подвоха. — Ты имеешь в виду… Наши проблемы с головой не исчерпываются потерей памяти, есть что-то еще?
— Проблемы с головой — понятие довольно расплывчатое, что вообще такое эта ваша здоровая психика? — цветок иронично наклонил набок центральный бутон. — Но да, ты прав. Для остальных, кто изучал это все, так сказать, снаружи, это не так очевидно, но я-то смотрю изнутри. И я говорю вам со всей ответственностью — наш мозг, мозг всех живущих на этой планете, сильно отличается от того, что обитало у нас в черепушках ранее. Мы не то чтобы глупее прошлых себя, или что-то вроде… но наши нейрончики, в отличие от клеток всего остального тела, ведут себя достаточно пассивно. Нам, скажем так, довольно сложно формулировать новые концепции, ставить себе новые цели, развиваться качественно, а не количественно. Отсюда весь этот всеобщий застой — люди годами бродят по джунглям, охотятся на мутантов, улучшают до бесконечности свой форт, копят ресурсы… И вот тут-то мы и вспоминаем фразу о "том, что взял с собой" и "лживом мире, который не даст тебе ничего". Уже не так смешно, верно? А вот вам еще один факт в копилочку. За все время жизни здесь, я не встретила ни одного человека, который бы был доволен своей нынешней жизнью и никуда не стремился. Все хотят сбежать отсюда — отчаянно и целеустремленно, хоть и не всегда отдают себе в этом отчет и не могут толком объяснить причину.
— В таком изложении звучит довольно жутко, — призналась Анна. — А что ящер? Он же тоже хочет отсюда сбежать, в чем тогда его особенность?
— В случае с ящером все куда интереснее. Видите ли, в их культуре младшие особи, "ведомые", не считаются полноценными до достижения определенного возраста и обретения разума. Они считаются чем-то вроде домашних животных — их нещадно эксплуатируют, ими без колебаний жертвуют в случае необходимости, то есть, выбор между жизнью ведомого и жизнью ведущего не только не стоит, но и не может стоять — это как вы выбирали бы, выжить вам или вашей аквариумной рыбке, к примеру.
Оказавшись же здесь, наш друг Ведущий очень долго искал свой Путь. Он дословно вспомнил и разобрал все их религиозные писания, наставления жрецов и старших родичей, историю развития их цивилизации… и пришел к поразительному выводу — он решил пожертвовать собой для того, чтобы открыть Путь младшим, тем, кто не смог обрести себя за время жизни. Дать им шанс сделать это после смерти.
Ответом на эмоциональный рассказ Миледи было недоуменное молчание. Поняв, что слушатели совершенно не прониклись, она издала приглушенное рычание и попыталась объяснить снова:
— Вы помните, о чем я вам говорила ранее? Здесь трудно придумать, чего ты нового хотел съесть на завтрак — а этот парень переосмыслил всю концепцию существования своей расы, фактически, вывернул наизнанку ядро своей личности, пересоздал сам себя!
— Звучит очень круто… наверное, — вежливо согласилась Анна, пытаясь поддержать эмоциональный монолог Миледи. Прозвучало неубедительно. Та, впрочем, и так поняла, что впечатлить слушателей ей не слишком удалось. Видимо, правы те, кто говорит, что лучше один раз увидеть?..
— А все-таки, я бы хотел уточнить насчет памяти, — выждав некоторое время, вновь спросил Павел. — Если мы помним только отдельные фрагменты прошлой жизни, получается, что наш мозг совсем не тот? А как же при этом сохраняется личность, ведь это вроде как сумма воспоминаний, по большей части?..
Он не успел договорить, прерванный диким воплем, донесшимся откуда-то из глубины джунглей слева по ходу движения их колонны.
— Кажется, Тиф таки кого-то нашел, — пробормотал Павел, напрягая куцые органы чувств своей внешней формы. Увы, в отличии от брони они совсем не впечатляли.
— Это не он нашел, — отозвался напряженным голосом Алекс, всматривающийся туда же, но видящий, естественно, куда как больше. — Это его нашли. И их там капец как много!
Словно в ответ на его слова, джунгли взревели десятками голосов.
Глава 20
Первым с места сорвался Герцог, до этого молчаливо возглавлявший колонну. Следом с видимой неохотой заскользила сегментная туша огромной многоножки.
Орхидея устремилась за ними под испуганный писк Анны — та явно не ожидала такой прыти от изящного цветка, до этого момента передвигавшегося с изяществом и неторопливостью истинной аристократки растительного мира.