«Освободитель» остановился возле двери и щелкнул замком. Чуть слышно скрипнули петли.
К этому моменту терпение голодного и злого Ру окончательно иссякло, он чувствовал, что готов в любой момент сорваться на своего «спасителя», будь-то Мияко, Тэкуми или кто-то еще. Особенно, если «Тэкуми или кто-то еще»! На девушку ему кричать все-таки не хотелось…
— Ру!
Парень, демонстративно отвернувшись от двери, застыл возле окна, гневно сжимая кулаки. На свое имя, произнесенное Майкой, он отреагировал недовольным сопением.
— Ру!
— Чего тебе? — сердито сверкнув глазами, через плечо бросил он.
— Ну же, Ру, не дуйся, мне правда жаль, что так получилось. Я весь день была занята, а отец… Отец работал и… забыл про тебя, представляешь? — хихикнула Мияко.
Позади послышались тихие шаги, и затылок «пленника» обдало горячее дыхание, от которого по спине парня побежали мурашки — девушка была совсем рядом.
— А я тебе покушать принесла.
Ру обернулся — Мияко, примирительно улыбаясь, держала в руках тарелку с крупными кусками тушеного рыбного филе и разноцветными овощами. Девушка, что неудивительно, переоделась в домашнее, а волосы распустила по плечам. Сейчас она была в тонком, коротком, полупрозрачном халатике, который почти не мешал лицезреть ни ее вздымающуюся грудь в белом кружевном белье, ни — когда Мияко повернулась к столику, чтобы поставить тарелку — ее округлую попку в маленьких трусиках, которые были похоже скорее на тряпочку с парой веревочек, чем на трусики.
Любопытное бельишко… Явно предназначенное для того, чтобы подразнить парня!
— Ладно, я тебя прощаю, — невольно сглотнув от увиденной картины, смилостивился он и, опустившись на стул, принялся жадно поглощать пищу. Проговорил с набитым ртом: — Но давай договоримся, что впредь ты не будешь запирать меня, как какую-то домашнюю скотину в стойле! Честное слово, еще немного, и я точно вынес бы дверь с петель! — Он грозно погрозил кулаком отражению двери в оконном стекле. — Мечом!
— Хорошо, Высокий Ру, обещаю — такого больше не повторится. Ведь твое слово — закон. — Мияко, присев рядом на корточки, игриво улыбалась, глядя на парня поверх тарелки. — Давай быстрее, а то опоздаем на ритуал.
— Что за ритуал? Жертвоприношение? — усмехнулся он, но тут же осекся, а от холодного взгляда девушки по коже побежали мурашки.
Неужели он попал в точку? А самое главное: кого будут приносить в жертву? Уж не его ли самого⁈
— Увидишь, — подмигнула девушка и, видя, что гость наконец-то доел, схватила его за руку и потащила сначала к двери, а затем и к лестнице. — Уверяю, впечатления будут незабываемые!
Судя по голосу, она все же вела его не на заклание. Это парня немного успокоило.
— Мияко, так куда мы идем? — со спины любуясь длинными стройными ножками, уточнил он.
— Не Мияко, а Майка, — обернувшись, поправила она, — так привычнее. Или Мия, но так меня уже давно никто не называл. А идем мы… вниз.
Словно в подтверждение своих слов она первой ступила на лестницу и побежала по ступенькам.
— Ты же хотел узнать, почему девушек называют Гасящими⁈ — донесся ее голос с первого этажа.
Ру, стараясь не навернуться на крутых ступеньках, закивал, но быстро понял, что Мияко его не видит:
— Хотел.
— Вот сейчас и узнаешь.
Пока он спускался по лестнице, в голову вновь полезли мрачные мысли, что сейчас он все-таки станет свидетелем ритуального сожжения самого себя! А Мияко-Майка в конце просто потушит водичкой его обгоревшее обезображенное тело. По крайней мере какая-никакая логика в подобных рассуждениях была…
Помотав головой, Ру отогнал идиотские мысли и, сделав последний шаг, сошел с нижней ступеньки.
На первом этаже было темно — лампы-светильники, что стояли на торговом прилавке и по углам комнаты, оказались потушены, а льющийся из окон свет луны не мог рассеять вечерний сумрак.
— Бу! — вынырнув из-за спины, попробовала напугать парня Мияко. Видя, что у нее не получилось, она быстрым шагом направилась к закрытой двери, которая находилась за прилавком. — Надо поторопиться, иначе ритуал люминесцентов начнется без нас.
Ру поспешил следом. Еще утром, видя эту дверь, он предположил, что за ней находятся либо подсобные помещения, либо склад. Но он ошибся — за дверью происходило явно что-то любопытное. Чем ближе он подходил к двери, тем отчетливее слышал доносившееся из-за нее тихое пение, больше похожее на скулеж стаи дворняг.
— Проходи, — чуть приоткрыв дверь, прошептала Мияко и посторонилась, пропуская Ру вперед. — Ритуал уже начался, но, поверь, ты не пропустил ничего интересного.