В какой-то момент, когда уже почти решила свернуть назад, боясь заблудиться, увидела водяную гладь, что слепила глаза, отражая яркое полуденное солнце. Я не ожидала, что пруд окажется настолько большим. Это больше походило на озеро, только очень заросшее. Чистой вода была только в центре, будто спасая последний островок чистоты от чрезмерно активной зелени, стремящейся заполонить всю поверхность.
Этот пруд явно был очень старым, и он давно никому не был нужен. Не удивлюсь, если его вырыли ещё до создания академии. Город-то появился раньше, чем учебное заведение. Здесь наверняка были какие-то жилые дома, жители которых им, скорее всего, и пользовались. Сейчас же он давно стал непригодным для использования и даже купания. Никто бы не захотел ступать голыми ногами по тине, и собирать на себе все водоросли. Да и вообще вода была абсолютно непрозрачной и зелёной.
Красивым пруд делала не зацветшая вода, а то, как он красиво вписывался в общую картину. Над ним свисали тонкие ветви дерева, напоминающего земные ивы. Я бы даже сказала, что это именно они и были. Со всего этого собрания изящных веточек стекало множество капель, создавая на поверхности пруда быстро сменяющиеся узоры, от чего казалось, что вода блестит.
Наверное, это тот самый пруд, про который рассказывал магистр Гринс. Ну, та история с купающимся в заросшей воде адептом, нанюхавшимся красной шафии.
У берега я увидела лавочку, сколоченную из трёх брёвен, которые были объединены кое-как. Наверняка её сделали сами адепты, когда приходили сюда отдохнуть. Идеальность и умиротворённость обстановки нарушались лишь одной деталью, которая заставила меня вздрогнуть от неожиданности, едва взгляд за неё зацепился.
— Так и будешь там стоять? — усмехнулся знакомый ехидный парень, с которым совсем не хотелось оставаться наедине, тем более на приличном расстоянии от остальных адептов.
— Да я просто… — попыталась оправдаться я, придумывая на ходу любую причину, чтобы поскорее уйти.
— Просто сядь уже. Ты своей суетой всю атмосферу портишь, свирейка, — раздражённо бросил он, указывая на место возле себя.
Я медленно прошла по направлению к лавке, всё ещё прикидывая, как бы наиболее удачно скрыться и убежать, да так, чтобы за мной не последовали.
— Что такое свирейка? — осторожно поинтересовалась я, усаживаясь на указанное место.
Я сосредоточила всё внимание на пейзаже перед нами, чтобы Лэй не заметил, как неудобно и некомфортно рядом с ним я себя ощущаю.
— Это маленькая птица, которую со своего участка старается гнать каждый земледелец. Питается насекомыми с шерсти более крупных животных, сильно им надоедая. Но если её что-то напугает, то она кричит так, что легко спутать с истошным визгом молодой женщины, — охотно пояснил парень, чтобы я осознала всю оскорбительность эпитета, которым он меня описал.
— Ну спасибо, — вздохнула я, совершенно не удивляясь поведению Лэя.
Я с самого начала ему не понравилась, так что очередной виток такого отношения был скорее закономерным.
— И такая же трусливая, как ты, — добавил он, добивая мою гордость.
— Я тоже от тебя не в восторге, Лэй. Но почему-то не стараюсь напомнить тебе об этом при каждом мало-мальски подходящем моменте, — я ощетинилась, беря камушек под лавкой и с силой его бросая в центр пруда, что нарушило всю гармонию и разбередило зелень.
— Потому что я капитан, а ты лишь член моей команды, — самодовольно произнёс парень, делая особое ударение на слове «моей».
— Во-первых, капитан, я не рвалась в твою команду. Во-вторых, командовать ты можешь только на игровом поле, — всё-таки заставила я себя посмотреть прямо на него, сразу сталкиваясь с ярким самоуверенным взором на смазливом лице.
Когда я озвучила эту мысль, глаза Лэя на момент полыхнули отражённым солнцем, словно золотом.
— Нарываешься, свирейка, — покачал головой парень, успешно переборов своё желание продолжить перепалку.
Какое-то время мы помолчали, забыв про разногласия и просто отдав всё внимание красоте окружающей природы. Даже плохой характер Лэя не казался здесь настолько неприятным, каким он на самом деле являлся.
— Наверно думаешь, какая ты бедная и несчастная. Никто не любит, все плохие, — хмыкнул парень, не поворачиваясь ко мне лицом.
Он даже говорил словно не со мной, а с пространством, просто желая дать выход порыву.
— Ты, конечно же, совершенно не думала своей глупой головой, когда досиживала до самого конца отбора в кустах, что кому-то этим навредишь. Для тебя всё так просто: «Меня заставили, я не хотела, оно само. Это вы все плохие, а я просто мимо проходила». Противно, знаешь? — кинул Лэй первый камень в озеро с такой силой, что брызги от его приземления долетели даже до нас.