Я снова вздрагиваю. Вот и все теперь он знает, что я не сплю. Поворачиваюсь резко, вскакиваю с кровати и бросаюсь к двери.
— Куда собралась?.. — его рука молниеносно хватает меня за плечо, разворачивает и швыряет обратно на кровать. — Ты опять?.. Ничему не учишься…
Достав из ножен свой любимый кинжал, он подцепляет край сорочки и медленно разрезает её. Судорожно хриплю, стараясь вжаться в кровать. Глаза Чудовища горят огнём безумия.
— А теперь обслужи-ка меня…
— Нет, пожалуйста, не надо… — шепчу в испуге.
— Ну конечно надо! — он раздвигает мои ноги коленом и… я уже кричу в голос.
— Лучше убей…
— Обязательно. Но всему своё время…
— Нет… Нет…
— Эй, эй… Посмотрите на меня.
Кто-то касается плеча. Я повинуюсь и открываю глаза. Надо мной нависает Чудовище.
— Не надо! — кричу в истерике, пытаясь отбиться.
Чужие руки пригвождают меня к кровати.
— Тише, тише он мёртв. Это всего лишь я… Твой врач.
— Док? — в свете тусклого ночника на меня смотрят встревоженные глаза доктора Браво.
— Да… Тшшш…
Теперь он крепко прижимает меня к себе. Тепло чужого тела действует как удар током. Всхлипывая, отстраняюсь и натягиваю одеяло до самого подбородка.
— С-спасибо…
Док присаживается на край кровати. Тревога из его глаз никуда не исчезла, напротив, теперь он выглядит ещё и потерянным.
— Вот… — Док протягивает стакан воды. — Попейте…
С благодарностью принимаю холодный стакан, продолжая всхлипывать. Делаю пару судорожных глотков, потом прижимаюсь лбом к прохладному стеклу.
— Старайтесь дышать медленнее…
И я дышу. Вдох. Выдох.
— Простите меня… — он забирает стакан и ставит его на тумбочку. — Я… Мне очень жаль…
— Жаль? — хриплю я, будто накануне весь вечер проведя в караоке-баре. — Просто верните мне таблетки… Пожалуйста.
— Не могу… Вам нужно учиться обходиться без них.
Приговор звучит мягко и вместе с тем сурово.
— Тогда убирайтесь…
— Джилл… — он встаёт и начинает мерить шагами комнату. — Поверьте, это для вашего же блага.
— Ну конечно… — с горечью соглашаюсь я. — Это ведь не вы корчитесь в кошмарах… Не вы переживаете раз за разом тот ужас… Возвращайтесь к себе и наслаждайтесь моими воплями.
— Неужели вы думаете, мне нравится слушать ваши крики? Поэтому, по-вашему, я примчался сюда босиком?
Смотрю на его ноги. Он и правда даже не обулся. Скольжу взглядом выше. Джинсы. Надетая задом наперёд футболка. Волосы растрёпаны. Губы плотно сжаты. В глазах — лихорадочный блеск.
— Если вам не все равно, верните мне таблетки… — снова прошу я. — С ними мне легче…
— Нет! — довольно жёстко осаживает меня он. — Поймите, это путь в никуда.
— Уходите… И в следующий раз я просто запру дверь. Если уж вы желаете, чтобы я страдала, пусть так и будет. Но облегчать вам жизнь я не собираюсь.
— Имейте в виду, что если я посчитаю нужным, то и дверь выломаю.
— Да, он тоже так сделал однажды…
Даже в тусклом свете ночника вижу, как меняется лицо Дока. Вот оно сначала потемнело — точно туча набежала на солнце, а затем побелело.
— Вы можете и дальше сравнивать меня с ним, — он кривится. — Но я не изменю своего решения. Ваш врач я и решать мне.
Развернувшись, доктор Браво широким шагом выходит из комнаты.
24. Шторм
— Это я… Тихо, тихо… — Док уже здесь, примчался на выручку, только от этого не легче.
Меня трясёт. Дрожащими пальцами цепляюсь за него, будто утопающий за спасательный круг.
— Джиллиан, расскажите, что вы видели?.. Что чувствовали?
Что чувствовала?
Б — боль. С — страх. Н — ненависть. Чувства, в которых я путаюсь теперь каждую ночь, будто в сетях. Чудовище является во снах и захватывает сознание. И все сложнее отличить сон от реальности.
Отстраняюсь, снова закутываясь в одеяло, словно в кокон, но спасти оно не сможет — душу не укроешь.
— Ах, вы хотите знать, что он со мной делал на этот раз?! Что ж, этой ночью он использовал воду и ток. Его любимая пытка… Хотите знать, как сильно я кричала, когда разряд прошёл через тело? Хотите знать, что было, когда я потеряла сознание? Хотите знать, как после он надругался надо мной? Хотите знать подробности?
— Хватит, Джилл… Успокойтесь…
Док кладёт руки мне на плечи и под их тяжестью я опадаю, точно неудавшийся бисквит.
— Дайте мне таблетки, мать вашу!
— Мы уже это обсуждали…
— Идите к чёрту!
Сбрасываю его ладони с плеч, ложусь и отворачиваюсь к стенке.
Спасительное утро пробирается в комнату первыми лучами солнца.
Одевшись, спускаюсь и сразу же иду к двери, минуя кухню, откуда разносятся ароматные запахи. Держу пари, что это бекон и яичница. И наверняка миссис Фишер испекла ещё и какой— нибудь пирог, может быть, с ягодами? Открываю дверь, но Док уже тут как тут. В фартуке, с закатанными рукавами рубашки, он выглядит этаким соседским парнем.
— Джиллиан, вы ничего не забыли?
— Чего вам?
— Во-первых, вы должны позавтракать.
— Я не хочу, спасибо… Сыта по самое горло кошмарами.
— А во-вторых… Погода сегодня лютует. Лучше вам остаться дома…
— Дома? Ну уж нет! Ни секунды не хочу оставаться с вами под одной крышей, уж лучше буря! Вы чудовище, такое же, как он! Только он издевался над телом, а вы над моей душой!
Хлопаю дверью. Вдогонку мне доносится окрик доктора Браво. Путь идёт к чёрту!
Бреду куда глаза глядят. Рядом неистовствует море — сегодня волны такие, что накрывают огромные валуны — оказывается, я добралась до Лежачих камней. На долю секунды представляю, как такая волна и меня накрывает с головой, унося в тёмную глубину. Тогда все кончится. Не будет ничего. Ни боли. Ни кошмаров. Черт бы побрал этого Дока!
Иду дальше… Ветер свирепствует. Темные мрачные тучи нависают надо мной, ощущение, что вот— вот упадут и придавят к земле.
Вдруг среди беспросветной серости впереди мелькает жёлтое пятнышко… Будто желторотый птенец скачет. Птенец… Да это же маленький Дэнни! Я узнала его курточку. Неужели они с Мэри вышли гулять в такую ужасную погоду да ещё и забрались так далеко? Внутренний голос подсказывает, что это неспроста… И Мэри почему— то не видно. Тем временем мальчик скачет с камня на камень, приближаясь ко мне.
Хочу крикнуть ему, чтобы он слез, но боюсь напугать. Лучше подойду поближе и отчитаю сорванца. Ускоряю шаг, когда очередная гигантская волна напирая, давя, круша всё на своём пути, врезается в скалы и…