Я таращусь на черные строчки, пляшущие перед глазами. Перечитываю текст несколько раз. Нет, это не галлюцинации. Но как такое возможно?..
Скрип двери возвещает, что я уже не одна. Он входит широким шагом и, заметив меня сидящей на полу среди вороха газет, замирает на месте. Его лицо становится практически белым.
— Ты не должна была… — слова звучит глухо.
Всё ещё держа в руке последнюю вырезку, я поднимаюсь на ноги и медленно подхожу к нему.
— Что я не должна была? — мой голос почти не дрожит. Величайшее достижение, учитывая обстоятельства. — Узнать правду?!
— Джилл…
Впервые на моей памяти он не смотрит мне в глаза.
— Отвечай, чёрт тебя дери! — я тычу в него газетой. — Понятно теперь, почему ты так носился со мной… Хотел искупить грехи папаши?
— Джилл…
— А может у тебя был пунктик? Переспать с его жертвой? Отец и сын… Этакое единение?
— Нет! Я лишь хотел помочь тебе!
— Помог? — с горечью спрашиваю я, толкая его в грудь. — Черт возьми, ты касался меня, мы ведь… ты и я… О, господи… Как ты мог?
— Прости. Я не должен был… — его голос дрожит. — Мне нет оправдания…
— Расскажи все, или я за себя не ручаюсь.
— Давай ты сядешь, успокоишься и я тебе все расскажу…
— Говори, грёбаный ты ублюдок!
На глаза наворачиваются слезы. Но я не позволю пролиться ни одной.
— Моя мать была первой жертвой и…
— Первой жертвой твоего папаши… — поправляю со злостью.
— Да, но я узнал об этом уже будучи взрослым. И многое бы отдал, чтобы все сложилось иначе.
— Дальше! — требую я.
— Сколько себя помню, мама всегда была не в себе. Но я не знал причины. Мы вечно переезжали с места на место. Жили где придётся, и как придётся. Одно время жили тут, в Тартлшелле… В этом самом доме. Я с детства мечтал вылечить её. Учился как проклятый, был лучше всех в классе и в итоге получил стипендию. И уехал учиться…
— И?.. — меня уже трясёт. Обхватив себя руками за плечи, стараюсь успокоиться.
— К тому времени, как я окончил учёбу, ей уже нельзя было помочь. Временами было неплохо, но часто она утрачивала связь с реальностью или уходила глубоко в себя… Она покончила с собой в тот день, когда тебя похитили, но тогда я не предал этому значения.
— А как ты узнал про… про…
— Как я узнал, что мой отец — монстр?.. — Док невесело усмехается. — Так же, как и ты. Нашёл вырезки из газет. Те самые про первую жертву и беременность…
Он кивает на ворох газетных статей.
— Перебирал её бумаги после похорон и наткнулся… Сложил два и два.
— И что ты сделал?
— Начал решать задачку… Остальные материалы добыл уже я сам. — Он кивает на разбросанные по полу бумаги. — Я изучил его повадки и составил психологический портрет. Мечтал найти и…
— Убить?
— Не знаю, чем бы все кончилось, но да. Тогда я мечтал убить его. Я влез в его шкуру. Практически стал им, чтобы понять его мотивы, страхи, мысли, образ мышления. Я хотел выследить его…
— Но он всегда выбирал жертв в разных районах города и похищал тихо и незаметно.
— Да… И оставлял их тоже совершенно хаотично. Никакой логики. Когда ты пропала… Твоя история вызвала резонанс и за пределами Агдена.
— Да, тем, что я пропала, а на месте преступления нашли Дэнни, который успел сообщить только, что меня похитили. Потом он потерял сознание и больше уже не очнулся. Меня искали всем городом, но никто и не подумал, что похитителем окажется этот ублюдок…
— Да. Это было нетипично для него. Обычно он похищал своих жертв в безлюдных местах и без жертв и свидетелей, поэтому полиция не связала твоё похищение с ним. Но я был уверен, что здесь не обошлось без него…
— Почему это?..
— Ты очень похожа на мою мать. Думаю, она увидела сюжет в новостях и сразу все поняла и не смогла вынести…
— О, боже… — я начинаю ходить взад-вперёд. — Вот оно что… Вот почему ты так рьяно хотел меня вылечить? Ты её лечил через меня. А потом ты и я… Дружище Фрейд бы этим точно заинтересовался…
— Фрейд был чудаком.
— Может и так. Но тебе, Док, всё-таки не мешало бы полежать в стационаре. Ну и что было дальше?
— Я приехал в Агден. Устроился в клинику. И параллельно вёл своё расследование. По тем данным, которые я изучил, выходило, что он одиночка, живущий очень уединённо. При этом у него раздутое самомнение. По косвенным признакам я понял, что он не выносит грязи и боится микробов и прочих радостей. Значит, может жить на отдалённой ферме, но не выращивать скот и птицу… Я изучил все карты и дороги из города. Нашёл в округе с десяток подходящих под описание домов. И отправился на поиски… Я встречался с людьми, расспрашивал их, описывал предполагаемый портрет.
— Ты ведь даже не знал, как он выглядел…
— Ну достаточно было посмотреть в зеркало, чтобы сделать хоть какие-то предположения, — в словах его горечь.
— Ты на него совсем не похож! — возражаю я. — Он… он совсем другой.
— Я видел потом фотографии. К счастью для моей матери я действительно больше похож на неё. Но только не габаритами. Моя мать была хрупкой миниатюрной женщиной… Конечно, оставалась вероятность, что ростом и комплекцией я пошёл в кого-то из ее родни… Но я сделал ставку. И в конечном итоге оказался прав.
— Но ведь это все…
— Притянуто за уши? Да, и я это понимал. Так сказали и в полиции. Даже мэр отмахнулся от меня. А я продолжил искать. А потом ты… спаслась. Я следил за твоей судьбой… Суд. Лечение. Тебя лечили психиатры. После выписки я надеялся, что смогу стать твоим врачом, но доктор Пейдж посчитал доктора Кляйн более опытной.
— А потом настал твой звёздный час… — произношу с горечью. — Как тебе удалось устроить мою поездку сюда?
— Среди той информации, которую я предоставил полиции был и его дом. И если бы они прислушались и проверили… Тебя могли спасти раньше. Но в полиции сослались на отсутствие финансирования и послали меня к мэру. А тот готовился к выборам и не посчитал нужным… Я взялся за дело сам, но оно шло медленно. В итоге ты спасла себя сама, но угодила под суд. Если бы мэр послушал, всего этого можно было избежать… Я напомнил ему об этом, и он надавил на доктора Пейджа.
Господи боже! Док с самого начала вёл свою игру.
— Я хочу уехать отсюда. Сегодня же. Сейчас же.
36. Возвращение
Здание вокзала Солти-Бич выглядит почти игрушечным — жёлтое, с белыми колоннами и круглыми часами над единственной дверью, стрелки которых застыли на 12:33. В прошлый раз мы до вокзала не добрались, так что давно ли встали часы, для меня загадка.