Тем временем Дил лениво лежал в теплом оазисе уже ночной тундры и размышлял. О жизни, о прошедших веках, да вообще о многом, включая странное поведение сестры. Светлячки фонариками рисовали какие-то знаки и мандалы – отражение мыслей Дила, атмосфера располагала к лени и вечности.
– Долго будешь лежать? – раздался насмешливый голос над его головой. Дил поднялся и сел, оглядывая некую гостью, сумевшую пройти сквозь им выстроенные ворота. Ни хороша, ни дурна, так в общем. Наверное, ведьма.
– Наверное, – усмехнулась ведьма, – а давай ты начнешь уже править миром.
– Это невозможно, – равнодушно ответил Дилан, – я пробовал – всегда попадаюсь.
– Это потому что ты не подобен Отцу, ты хуже человека?
– Заткнись! – моментально рассвирепел Дил, – я боле, чем ты можешь представить, подобен ему!
– Значит ты не властен над законами Вселенной?
– С чего ты взяла, и кто ты такая?
– Я твой друг, я мимо проходила – ответила неприметная ведьмочка, – а почему бы тебе не перемешать константы у начала времен, создав иную теорию Хаоса? Борейская-то роза теперь у тебя.
– Хм, – рассмеялся Дил, но резко оборвал свой смех.
– Кто же ты, друг мой? – процедил Дил. – Что знаешь даже то, что я не смел знать?
– Родственница, просто родственница и близкая подруга Валентины… – и неприметная особа шагнула в зеркало, стоящее рядом, как это уже делала сегодня Сова.
– Вот если бы мог, сказал бы: путаница какая-то, – оскалился Дил и снова лег в траву, обдумывать внезапный толковый план какой-то бестолковой родственницы, которая мимо проходила.
Но, в отличие от Дила, Сова как раз наоборот – почувствовала конец безмятежному отдыху на скамейке. Пространство напряглось и словно сгустилось, стало сыро, запахло вкусным озоном, и Чарлет с удовольствием глубоко и шумно вдохнула.
– Грозы не будет, – констатировала Сова и нацепила на нос темные очки chanel, которые скопировала с красивой грустной мордашки бредущей к скамейке девицы. Девица была молода, но возраста все равно Сова не разобрала. В коротком белом жакете, кричащих пышных юбках цвета пурпура, в столько слоев и переливов, что Сова решила не считать. Самым примечательным в модном и стильном одеянии девицы были изящные балетки, яркие, сочные, цвета киновари, с роскошными бантами. Дева обреченно села рядом с Совой и опустила увенчанную короткими локонами голову низко, словно рассматривала асфальт под ногами своих потрясающих балеток. Она шумно и судорожно вздохнула, по носу девицы, плавно проскользнув на щеку, скатилась слеза.
«Сейчас не выдержит», – решила Сова, и девица вздрогнула, подавив рыдания. Вместе с ней вздрогнули и жемчуга и бриллианты, и даже голубые часы, какие-то невероятно красивые.
– И кто же это тебя разобидел, дорогуша? – поинтересовалась Сова.
Девица вскинула на нее голову в таких же очках, ее брови удивленно поползли вверх, словно до этого она Сову на скамье не заметила.
– У вас очки красивые, – прошептала девица.
– Да, модель распространенная, – Сова пожала плечами и хитро улыбнулась.
– И что случилось потом, когда проект не прошел, и тебе пришлось красиво уйти? – вдруг спросила Сова.
– Ну надо же спонсора искать, – дева развела руками изящно и как-то по-детски.
– Понятно, Земля в своей обыденности не отличилась оригинальностью и на этот раз, – хмыкнула Сова, – звать-то тебя как, девица красная?
– Заряна, а тебя? – уже немного успокоившись, спросила Заряна.
– Заряна? – Сова замерла и опять откинулась на скамейку. Она что-то бормотала под нос на непонятном языке, из которого Заряна разобрала лишь «Вагот! Епс Тудей!» и странное рычание за скамейкой.
– Опять счастье мое мне привалило! – наконец высказалась Сова по-русски и, протянув руку в белой перчатке Заряне, представилась:
– Все та же, по-прежнему твоя Сова, детка.
– Это имя такое? – Заряна распахнула огромные удивленные глаза цвета аквамарина.
– Конечно имя, – удивилась Сова, – одно из… Слушай, а как нам спонсора найти тебе?
– Это должен быть особенный человек, чтобы муж спал спокойно и ничего не знал и дурного в голову не брал.
– Эко много ты захотела, – усмехнулась Сова. И движением фокусника вытащила из нагрудного кармана белой атласной рубахи перламутровый платок, встряхнула им, и кусок ткани застыл, обрел форму и размер газетного листа.
– Что это? – удивилась Заряна.
– Это список наших с тобой кандидатов, видишь, тут всякие есть, полетели? – спросила Сова Заряну.