Чарлет, прищурясь, смотрела на темное летнее арктическое небо, усеянное звездами, они крохотными вспышками отображались в ее умных прищуренных глазах.
– И нет ни конца ни края, Чарли, этому миру, и нет нигде начала и конца памяти моей, – с сожалением улыбнулась Сова, – но может, все-таки время пришло. И на Земле есть покой тоже? Хотя бы перерыв, такой небольшой земной отпуск. И князь мой где-то.
Сова села в снег и обхватила руками Чарли, теплую, уютную. Такую большую и родную. Улыбка играла на губах Валентины, и, глядя на звездное небо, она заснула, словно невидимые ласковые руки древних времен и событий, укачав ее, понесли по волнам сна к невероятным истокам бытия и существования. Валенте спала и не видела, как к Чарли подошел огромный белый волк, прижался мордой к большой голове ее, а та словно толкнула его к Сове, и волк, осторожно ступая мягкими лапами, побрел к спящей Валентине. Жар его тела еще больше растопил ее сны, и усталая, измотанная Сова погрузилась в сон без видений.
Когда взошло солнце, Валенте потянулась и по инерции поправила волосы, сильнее прижавшись к Чарли. Сквозь зыбкий сон она уловила запах костра и чуть приоткрыла глаза. Ден разжег огонь и что-то готовил. Наверно, поймал дичь. Зачем он так далеко ушел за ней, в эти холодные, безжизненные теперь просторы, некогда бушевавшие всеми красками борейского лета.
А где-то в аравийской пустыне Эра пришла в себя. Около нее сидел удивительный мужчина и пытался кормить ее с ложки.
– Кто вы? – спросила она.
– Маркус, – ответил мужчина автоматически, – Венера, ты вернулась?!
– Видимо, да…
– Где же ты была, святая женщина?
– Помогала сыну, – Эра медленно дотронулась до щеки, – мои младшие мальчики…
– Егор одержал победу? – вдруг спросил Маркус.
– Да, Маркус, – ответила Эра, – мой сын сразил нашего врага, и братья его ему помогли…
– Слава Всевышнему, слава. – Маркус плюхнулся на колени и обхватил руками ноги Эры, – ты самая чистая и прекрасная женщина, Венера, – прошептал он, – мадонна.
– Все закончилось, совсем? – настала очередь Эры задавать вопросы.
– Да, моя мадонна, выходи за меня замуж?
– Замуж? – Эра удивленно уставилась на Маркуса…
– Я все равно не смогу больше жить без тебя, ни здесь, ни там, через много тысяч лет… Я умру за тебя, моя мадонна.
– Даже умрешь? – удивилась Эра.
– Даже умру, – Маркус поднял на Венеру удивительно синие глаза в черных пушистых ресницах. И Венера улыбнулась.
– Ты оружием владеешь?
– Я же священник! – воскликнул Маркус.
– О мой Бог! – Венера дотронулась до щеки Маркуса. – Из огня да в полымя…
Снег и зима не казались холодными и чужими, здесь во всем чувствовалось начало пути домой. Неважно, насколько длинного, но – домой.
– Ты пришел опять спорить со мной? – спросила Сова.
– Нет, Валентина, – Ден покачал головой, – мои колючие слова кончились, – у меня осталось лишь переполненное другим смыслом сердце.
– Как несправедливо по отношению к тебе, – усмехнулась Сова, – воин должен не только всегда иметь острый клинок в руке, но и слова его должны быть пронзительны.
– Не сейчас, твое величество, не сейчас, – Ден был серьезен, и Сова удивленно посмотрела на него.
– С чего это вдруг ты меня коронуешь?
– А помнишь, как много-много лет тому назад, когда понадобилась моя помощь, в том невероятном времени, ты короновала на царствие нашу дочь?
Валентина замерла и не мигая уставилась на Дена, колдующего у костра.
– Чем докажешь? – осторожно, но с угрозой в голосе, словно побеспокоили ее самый большой секрет, спросила Валентина.
Ден поднялся в полный рост и направился к Сове. Присел перед ней на колени, его большая и горячая ладонь нежно погладила ее щеку, откинув непослушные белые локоны назад. Она отражалась в его темносиреневых глазах, тоскливых, скучающих и таких любящих. Если бы Ден мог видеть, как вчера Валенте смотрела на звезды, то понял бы, с какой равной силой они любили то, на что смотрели вчера и сегодня.
– Я люблю тебя, моя хорошая. Я так устал тебя искать, через времена, столетия, через боль, через утраты.
– Ты… – Сова внезапно замолчала и вздохнула.
Ден улыбнулся, и на его щеках появились ямочки. Потом он распахнул ворот теплой куртки и аккуратно вытащил кулон – синюю борейскую розу в золотой играющей оправе.
– Мой князь, – прошептала Сова, – но откуда у тебя роза, как ты достал ее?
– Я вновь сразился с тьмой. А розу мне подарила одна Северная Бабушка.
– С Дилом сразился? – усмехнулась Сова.
– С чертом, – кивнул Ден.