- Ох, какой огонь! Давай, сучка! Мне нравится твой гонор...
- Я хочу домой...
- Ещё слишком рано.
- Я устала... - прошептала девушка, слабо отталкивая потное тело от себя.
Мужчина обхватил пальцами ее лицо, заставив смотреть на него. Его ледяной взгляд ничего хорошего не обещал ей, и Марина замерла, боясь даже пошевелиться.
- Запомни раз и навсегда! Именно я решаю сколько будет длиться наше свидание! Твоя задача лишь быть послушной сучкой, готовой принять мой член.
Он вновь впился в ее губы, не давая возможности отвернуться и избежать этого прикосновения. Затем мужчина резко оставил ее, и, подойдя к одежде, бросил шмотки в нее, коротко приказав:
- Одевайся! Считай, что это маленький бонус с моей стороны! Так сказать, в честь того, как отлично ты себя сегодня вела!
Марина спешно одевалась, пальцы дрожали и путались, а застёжка не хотела поддаваться. Она не могла поверить, что по крайней мере сегодня этот монстр оставит ее. Боже, а что же дальше? Ее пугал завтрашний день. Закралась безумная идея, уехать на время к родителям. Под предлогом того, что она просто их навещает. А сейчас нельзя себя выдать! Главное, вырваться, а там будь что будет!
Зайдя в свою комнату, Марина кинулась к шкафу, покидав в пакет все самое необходимое. Сердце стучало, тело ныло, но все это было неважно по сравнению с тем, как болела израненная душа, что кровоточила и стонала, сдавливая грудную клетку. Ещё никогда и никого она так не ненавидела в этом мире, как своего безумного соседа-садиста, который втоптал ее в пучину боли и грязи.
- Ой, привет, Мариша! Ты не приболела? - спросила ее соседка Галина Ивановна, вышедшая как раз в коридор.
- Э, немного... Мне нужно срочно уехать...
- Ой, жаль, а я как раз хотела тебя попросить, чтобы ты присмотрела за моими младшими оболтусами! Старшенький в инфекционку попал...
- Простите, но я не смогу...
Внезапно она запнулась на полуслове, так как в этот самый момент вышел тот, кто лишь недавно с особым успехом мучал ее. Он лишь мельком скользнул по ней взглядом, а затем кивнул головой на выход. Ладони девушки вспотели, и Марина поняла, что ее побег не удался.
- Галина Ивановна, мне нужно идти...
- Да-да, деточка, беги.
А ей совершенно не хотелось выходить в подъезд, где ее поджидал самый страшный кошмар в жизни. Если бы они жили на первом или втором этаже! Она тогда бы могла сбежать через окно. Единственное, на что она надеялась, что этот монстр не станет мучить её прямо сейчас и здесь, когда в любой момент мог кто-то выйти из соседей.
Сжимая пакетик с вещами, девушка тихо вышла, прикрыв дверь, и испуганно вскрикнула, когда мужская рука обхватила ее и Виталий затолкал за угол лифтовой шахты, прижав к стене. Она слышала его хриплое дыхание на своей шее, руки смяли край юбки, задирая ту вверх.
- Не надо... Прошу...
- Заткнись! Хотела улизнуть?
- Мне... мне нужно... к родителям... Прошу... отпусти...я...
- Я не давал тебе разрешения на отъезд! По моему, ты забыла очень быстро, кто твой истинный хозяин? Так я напомню!
- Нет, пожалуйста, не здесь... У меня... меня все болит... Умоляю...
Она пыталась вырваться, но он лишь поднял ее, прижав к холодной и грязной стене, прижав свои бедра к ней, начав тереться, имитируя соитие.
- Тебя нужно наказать... Чтобы в следующий раз в твоей головке и мыслей не было о том, что меня можно кинуть!
Она тряслась от страха, глотая горькие слезы. Ей не справиться с ним! Он методично ломал ее, разрушал, раздавливал.
- Иди сюда, крошка! Пора тебе поработать и ротиком!
С этими словами, Виталик рванул ее вниз, отчего девушка больно ударилась коленями о бетонный пол. Мужчина ухватил одной рукой ее за растрепавшиеся волосы, а второй освободил свой член, начав надавливать им на дрожавшие губы. Марине нравилось дарить наслаждение любимому с помощью орального секса, и ее муж всегда получал удовольствие от ее ласк. Но сейчас все было совсем по другому. Ее пытались трахнуть жёстко в ротик, и вдруг девушка сама впустила ненавистный орган, отчего мужчина довольно застонал. Сделав несколько обманчивых движений, подавляя подступающую тошноту, Марина резко и с силой укусила его, отчего мучитель громко завыл, отпрянув от нее.