- Не надо! Мамочка! - Марина навзрыд заплакала, когда мужчина не церемонясь стянул с нее трусики.
- Ммм, какая красивая киска...
Большим пальцем он надавил на клитор, а сам впился в ротик, терзая губы и впитывая в себя крики жертвы. Марина тяжело и часто дышала, ощущая, как руки медленно немели. Мужчина плюнул на ладонь и растер слюну между ее ног, одним пальцем проникнув в девичье лоно.
- Неееет!!! - девушка выгнулась, пытаясь избавиться от неприятных ощущений.
- Да, вот так, крошка... Кричи для меня...
Он вновь смочил пальцы слюной, продолжив терзать нежные складочки девушки, которая тряслась под ним. Она была сухой и узкой, и мужчина достал с задней полочки лубрикант. Да, он хорошо подготовился к тому, как привести сюда свою жертву. Обильно смазав ее лоно и свой член, который освободил, Виталий несколько раз провел им по бёдрам и животу Марины, которая захлебыаалась в рыданиях, понимая, что ее насильник уже полностью готов.
- Или сюда, крошка! Ну что, сейчас нам будет хорошо...
И с этими словами, мужчина начал медленно проталкиваться вперёд, преодолевая сопротивление узкого лона, растягивая стеночки под свой немалый размер. С помощью смазки он смог протиснуться в нее, впившись в нежный сосок.
- Оооох, черт, это даже лучше, чем я представлял! - выдохнул он в ее ухо, прикусив мочку, а затем сделал резкий толчок, ещё глубже вонзившись в нее.
- Не надо... Хватит...Мамочкаааа! - Марина кричала, изгибаясь под насильником, натягивая верёвку, которая впилась в ее запястья, царапая нежную кожу.
А он ускорился, тараня девичьи бедра. Машина ходила ходуном, сиденье скрипело, окна запотели от их дыхания. Она отвернулась к спинке, зажмурилась, чтобы абстрагироваться от происходящего. Горло саднило от криков и рыдания, тело горело, а руки жгло от царапин. Виталик громко зарычал и, в последний раз дернувшись, выскользнул из нее и кончил на дрожавшие животик, размазывая свою сперму по груди и животу.
- Хорошая девочка... - прохрипел он в ее губы, повернув к себе заплаканное лицо.
- Ненавижу... - прошептала она, застонав, когда ее мучитель дёрнул за волосы, впиваясь жёстким поцелуем.
Глава 4
Сломать хотят тех кого не могут,
кого возможно - уже сломали.
Аня слышала, как ее муж говорил с соседской девушкой. Она знала, что именно ждёт бедняжку, но боялась вмешаться. Ей было поистине жаль ту! А когда она услышала звук захлопнувшейся двери, ещё некоторое время постояла, прислушиваясь к наступившей тишине. Затем тихо вышла, увидев в коридоре оставленные ведра. Двери в душевую были открыты, а на полу валялась брошенная швабра.
- Все таки увел... - прошептала она, смахнув слезу.
Тяжело вздохнув, Аня молча принялась убирать, желая отвлечься от мрачных мыслей. Уборка всегда немного успокаивала ее. Ничего, зато ей самой выпала возможность немного передохнуть от своего изверга-мужа. А Марина молодая и справится с тем, что с ней будет вытворять ее любимый садист.
Часы показывали десять утра. Значит уже прошел целый час с того момента, как Виталик увел девушку. Проходя мимо комнаты Марины, Аня услышала телефонный звонок. Немного замешкавшись, она тихо вошла, обнаружив трубку на столе. На экране светилось фото улыбающегося Игоря. Немного постояв, женщина лишь нажала на отбой, а затем и вовсе отключила телефон. Зачем она это сделала? Да Аня и сама не могла дать внятный ответ!
Осмотревшись, увидела, с каким теплом и уютом девушка украсила небольшую комнату. На стенах висело несколько картин с природой и совместные фото счастливой пары. Кровать застелена красивым покрывалом, а на одной подушке сидела мягкая игрушечная собака. На столе стоял ноут и свадебное фото в рамке в виде сердца. На подоконнике было несколько декоративных роз в горшочках. Старый холодильник иногда гудел и фыркал, разрушая тишину. Небольшой шкаф с вещами, а на двери висело зеркало к которому были прикреплены стикеры с сердечками и милыми фразами типа "Люблю!", "Идём в кино!" И другими.
Аня протяжно выдохнула. Когда-то и она вот также старалась сделать свое жилье таким же уютным, похожим на кусочек рая. Как же давно это было, казалось, в совершенно другой жизни! А теперь ее жизнь была тесно сплетена с мужем-садистом, который в эту самую минуту, скорее всего, мучал несчастную девушку. Ей было жалко Марину, но что она могла поделать?