— Как я это сделаю? Разве это возможно?
— Возможно, конечно. Да ты пей чай. Чего ты не пьешь? У меня баранки есть. И сахар кусковой. Хошь размешивай, хошь вприкуску.
— Допустим, я устроюсь. Но зачем?
— Наша цель какая — добраться до компов, с которых управляют оборонными системами. Фокус в том, что с любого компа ты в эту сеть не зайдешь, только с того, который в системе. А кроме оборонных заводов, где они роботов штампуют, все остальное в центре, в сердце стабильности.
— Слушайте, там же все под завязку, там людей — битком. Где мы там найдем свободное жилье? Тем более — рабочие места.
— Все уже есть. Программер наш, Алексеич, уже там, месяц как работает. А для нас с тобой вчера открылись две вакансии.
— Куда же делись люди?
— Счастливое стечение обстоятельств, — Рыжий шумно отхлебнул горячего чая, выудил откуда-то из ящика кухонного стола неровный и крупный кусок сахара и ловко закинул его в рот. — Нам повезло, а тебе об этом думать не нужно.
— Тогда вот что скажи: почему у тебя в туалете столько дерьма?
— Отличный вопрос, — Рыжий засмеялся. Он засунул кусок сахара за щеку, и на лице его выступила неровная бугристая шишка. — Садись, скажу.
Рыжий показал рукой на табурет и, когда Игорь сел, придвинул к нему чашку с остывающим чаем. Игорь взял ее в руки, но пить не стал.
— Понимаешь, — сказал Рыжий, наклоняясь к нему, — случиться-то всякое могло. Скажем, пришел бы не ты, а другой человечек. И стыдно бы мне было перед другим-то, если бы проблема оказалась несерьезной. Что я, не мужик? Кран починить не могу? Опять же, когда дерьмо лезет, сантехнику работы много. А мне, выходит, полноценный отгул.
Игорь плохо спал после разговора с Рыжим. Он ворочался в кровати, чувствуя, словно раскаленная, удушающая, обжигающая пустыня раскинулась у него в голове. Веки у него были набрякшие, сонные, но сон не шел, вместо этого перед глазами плыли навязчивые, неприятные видения: то унитаз, под ободок залитый коричневой жижей, то огромный, распадающийся на кляксы Павлов в грязном подвале. В конце концов, Игорь провалился в черный, тяжелый сон без сновидений, из которого вынырнул резко, будто на него вылили ведро ледяной воды. За секунду до пробуждения он увидел Полину — настороженную, вытянувшуюся в струну, бледнокожую, худую, высвеченную фарами подъехавшей машины.
Он напряженно думал о предложении Рыжего и о том, что сказал ему при первой встрече Павлов. Он никак не мог убедить себя, что партизаны действительно вернут ему Полину, а Полине — Сережу. Кроме того, его тревожила оброненная Павловым фраза «стереть стабильность с лица земли». Игорь размышлял и все больше утверждался в мысли, что эта фраза имела самое буквальное значение, а значит, его дочь, Маринка, выбравшая стабильность как единственно возможное место для жизни, оказывалась в опасности.
— И еще рабочие места, — бормотал он себе под нос на следующий день, развинчивая пришедший в негодность кран. — Откуда они взялись в зоне, где не может быть пенсионеров? Тем более, откуда взялись свободные квартиры? Эти люди погибли — погибли, даже нечего гадать. Значит, Рыжий и Павлов убийцы. Все, кто помогает им — убийцы, независимо от целей.
Мысли по кругу сводили Игоря с ума. Нужно было разорвать этот страшный цикл, он отчаянно ждал, когда же с ним выйдут на связь, и когда на очередном вызове дверь ему открыл Павлов, испытал грандиозное облегчение.
— Что, опять дерьмо? — спросил Игорь, входя в квартиру. Собственная шутка вызвала у него нервный смех, но Павлов не улыбнулся.
— Труба подтекает. Холодного водоснабжения, — ответил он и тяжело потопал к ванной комнате. — Что скажешь?
Тек вентиль. Игорь сходил в подвал, перекрыл воду и вернулся в квартиру. Вентиль был прикручен намертво, и отвинчивая его газовым ключом, Игорь слушал, как Павлов топает по коридору своими похожими на столбы ножищами. Вентиль не поддавался долго. Игорь так увлекся решением сантехнической проблемы, что и думать забыл о партизанах, и очень удивился, когда Павлов зашел в ванную и сел на закрытый крышкой унитаз. Низко наклонившись к Игорю, он понизил голос и сказал:
— Готовься. Завтра тебя переведут в другую зону. Работать будешь на оборонном заводе, сантехником. Доступ практически во все помещения, свободное перемещение по коридорам. Мы на тебя очень рассчитываем.