— Как обстоят дела с моими тренировками?
— Робот будет готов начать занятия сегодня после полудня.
Развалина хотела знать, не вернулась ли реклама, но не стала просить Карину включить телевизор. Утро со всеми его рутинными хлопотами прошло в полной тишине. Развалина воспользовалась этим, чтобы подумать.
— Карина, — сказала она после завтрака, — нельзя ли мне как-то передвигаться по дому? Хочу видеть что-то, кроме этой комнаты. Если это возможно.
— Есть инвалидное кресло, если желаете.
— Желаю. Еще как желаю…
Развалину переодели в мягкий спортивный костюм, пересадили в инвалидное кресло. Кресло было полностью автоматизированным и оказалось чрезвычайно простым в управлении. Медленно и торжественно Развалина объехала в нем первый этаж. Чисто убранные роботами комнаты казались ей залами музея. В них было безжизненно, стерильно, пусто. Развалина боялась лестницы, но кресло подняло ее наверх так мягко, что ей даже понравилось: в него был вмонтирован механизм для преодоления ступеней.
— Карина, что там с телефоном Антона? — спросила она, глядя со второго этажа на улицу. Ветер пригнал издалека легкие облака и время от времени по асфальту проскальзывали их прозрачные тени. Развалина была спокойна, даже безразлична. Она размеренно дышала через нос, старалась сосредотачиваться на приятных малозначимых мелочах и ни в коем случае не нервничать. Клены покачивали ладонями своих листьев из стороны в сторону. «Фифти-фифти», — как будто говорили они.
— Без изменений, — ответила Карина.
— Ты говорила что-то про базы. Ты просматриваешь только телефонные базы?
— Нет, у меня есть доступ к различным базам информации, в том числе правительственным, в том числе — засекреченным.
— Посмотри, может быть, найдешь что-то про Антона.
— Информация мобильного оператора: «Обслуживание номера, принадлежащего Рубину Антону Владимировичу, 1998 года рождения, прекращено в связи с пропажей, подтвержденной органами внутренних дел». Согласно документам полиции поиски Антона Рубина начались в 23.00 8 мая 2022 года. Дело о розыске было закрыто за давностью в 23.00 10 мая 2022 года, по прошествии двух суток. Рубин Антон Владимирович был в судебном порядке признан пропавшим без вести. Мои соболезнования. Учитывая обстоятельства, рекомендую вам инъекцию реланиума. Через два года суд признает его мертвым, вы сможете вступить в права наследства.
— Нет, — сказала Развалина. Ее дыхание сбилось, слезы навернулись на глаза, клены под окном расплылись неясными пятнами.
— Ваш пульс учащен, давление поднимается.
— Отстань от меня!
— Настоятельно рекомендую вам спуститься на первый этаж и получить инъекцию реланиума.
Развалина хотела протестовать, но передумала.
— Я спускаюсь, — сказала она и медленно поехала к лестнице. — Не нужно реланиума.
— Давление и пульс стабилизируются, — сказала Карина. В ее искусственном голосе послышалось удивление. — Думаю, мы можем обойтись легким успокоительным.
Развалина продремала в кровати весь день. Когда сумерки окрасили оконное стекло в прозрачный дымчато-синий цвет, она снова попросилась в кресло и, словно невзначай, сказала:
— Я хотела бы выйти на свежий воздух.
— Это невозможно и в этом нет необходимости, — мягко заявила Карина.
— Почему?
— Это невозможно, поскольку вы нуждаетесь в постоянной медицинской помощи, которую за пределами дома я вам оказать не смогу. В противном случае вы подвергаете свою жизнь опасности. Кроме того, в доме поддерживается режим оптимальной температуры и влажности воздуха, а специальные добавки воссоздают атмосферу весеннего дня в яблоневом саду. При желании вы можете воспользоваться программой «Бриз», которая воссоздает дуновение ветра от легкого летнего до штормового морского по вашему желанию.
— Мне хочется открытого пространства, свободы.
— Улица небезопасна для вас. Кроме того, вы можете воспользоваться программой «Scenery», которая позволяет проецировать на стены комнат до тысячи разнообразных пейзажей, создавая ощущение простора и отсутствия стен.