Пальцы Анны коснулись его щеки — легко, самыми кончиками, потом придвинулась еще ближе, она прижалась к нему всем телом. Лина была забыта, их снова стало только двое.
Антон проснулся поздно. Анна спала, уткнувшись лбом в его плечо и по-детски подтянув коленки к груди. Когда он зашевелился, она открыла глаза и улыбнулась, но улыбка вышла немного напряженной.
— Давай позавтракаем, — предложил он. — А потом разберемся, как работает система. Я представляю в общих чертах, но вот подробности…
— Карина, — прервала его Анна, садясь в постели и потягиваясь. — Она тебе быстро объяснит. Мне кажется, проще спросить ее.
Антон смотрел на нее. Ему всегда нравились ее груди — полные, тяжелые, высокие, с аккуратными, цвета кофе с молоком, сосками. Она подняла руки, и груди упруго качнулись. Но одновременно Антон подумал о том, что она может читать его переписку с Кариной. Эта мысль оказалась неприятной, и контраст между тем, что Антон видел и о чем думал, вызвал ощущение чего-то противоестественного.
— Да, — ответил он. — Конечно, Карину спросить проще.
Завтракали молча, отчужденность между ними росла. Небо затянули облака, и рассеянный серый свет наполнял комнату тревогой. К тому же, оказалось, что добиться от Карины ответа совсем не просто.
— Карина, я прекрасно осознаю опасность того, что делаю, и не изменю своего решения, — раздраженно напечатал Антон. — Мне нужна информация о составе и назначении системных программ. Для начала. Действуй, пожалуйста, аккуратно. Но если придется рискнуть, я готов пойти на риск.
— Загружаю файлы, — ответила она, и Антон готов был поклясться, что в этих словах звучит обида. — Могу я поинтересоваться, какова ваша конечная цель?
— Скажи ей, — сказала Анна, читавшая разговор через его плечо. Антон почувствовал ревность, как будто у них с Кариной были интимные отношения, в которые никто не имел права влезать.
— Конечно, скажу, — сухо бросил он и напечатал: — Я хотел бы нарушить работу сети, принимающей бюрократические решения. Как думаешь, это сложно?
— Довольно сложно, — ответила Карина. — Она хорошо защищена. Можно поменять данные о людях, узнать информацию о том или ином человеке. Я могу даже подделать транспондеры и путевые листы для водителя, чтобы вас вывезли за пределы стабильности. Никто внимания не обратит. Но лезть глубже… Опасно.
— Ничего, мы что-нибудь придумаем, — написал Антон и открыл первый из пересланных файлов, но не успел просмотреть его и до середины, как Карина отправила в чате еще одно сообщение.
— Должна сообщить вам, что в стабильности присутствуют люди со схожими целями. Вы желали бы с ними связаться?
— О чем она? — спросила Анна.
— Откуда я знаю? — У Антона вышло резко. Анна обиженно отстранилась.
— О чем ты? — напечатал Антон.
— Это те же люди, которые заняли ваш дом, думаю, вы их помните. Они играют грязно, но если вы планируете сделать что-либо противозаконное, возможно, лучше сделать это их руками.
— А что конкретно они планируют?
— Насколько мне известно, одна из их целей — запустить червя в систему обороны стабильности.
— Найди мне их, — напечатал Антон. Анна положила руку на его запястье, призывая не торопиться и подумать. Но он досадливо стряхнул ее руку и отправил сообщение.
— Ты торопишься, — нахмурившись, сказала Анна.
— Я знаю, что делаю, — ответил он.
Вечером Антон встретился с Рыжим в сети.
— Привет, чепушило, — написал Рыжий.
— И вам не хворать, — ответил Антон, невольно копируя тон собеседника. — Карина говорит, вы хотите сделать стабильность чуть менее стабильной?
— Каринка у тебя молодец, — написал Рыжий. — Дельная тетка, пусть и железная. Ты с ней как, контачишь?
— Да.
— Это хорошо. У нас, видишь, план-то есть, и Каринка с ним оченно помогла. Но ты понимаешь, какое дело, времени нам не хватило. Мамашу твою мы нашли, и Каринка нам помогала — месяц, как договаривались. Делов сейчас осталось по мелочи, а время уже окончилось. Ты на нее, как, можешь повлиять?
— Я очень благодарен вам за маму. Спасибо.
— Не за что, чепушило.