Выбрать главу

Глава 2

«Ил-76ТД» – транспортник, а не стратегический бомбардировщик, из Либерии до России без дозаправки даже порожняком не долетит. Поэтому сразу после взлета самолет взял курс на Каир, где предстояло пополнить запас топлива.

Когда приборы показали, что «семьдесят шестой» набрал рабочую высоту, командир включил автопилот. «Следующие несколько часов главной задачей будет не заснуть за штурвалом», – с усмешкой подумал он. На маршруте не предвиделось никаких осложнений, синоптики обещали ясную погоду с минимальной облачностью. И ничьи военно-воздушные силы не затевали никаких учений в этом районе в последнее время. Так что надо только долететь.

Услышав сообщение штурмана, что до египетской границы осталась минута полета, командир еще раз проверил показания приборов и прислушался. У него возникло ощущение, что в монотонном гуле турбин появился какой-то странноватый призвук. Что-то похожее на жужжание. Точно, назойливое жужжание насекомого. Не показалось – через мгновение источник шума возник в поле зрения. Пчела! Неужели еще в Монровии залетела? Черт! Кабина самолета – не квартира, на высоте десяти тысяч метров форточку не откроешь и газеткой не выгонишь. Второй пилот по молодости лет не был склонен к философии. Скрутив хлопушку из завалявшегося журнала, он метким ударом прихлопнул настырное насекомое. Мертвая пчела свалилась на пол кабины. «Снайпер» самодовольно усмехнулся: знай, мол, наших. Но ухмылка тут же сползла с его лица: в кабине снова послышалось жужжание. Он взмахнул импровизированной хлопушкой, но вторая пчела увернулась от удара и сама пошла в атаку. Ужаленный командир вскрикнул, хватаясь за шею, где на месте укуса стремительно вспухал волдырь. Второй пилот наконец прихлопнул жужжащего агрессора, но тут же из задней части кабины послышался вскрик ужаса, сменившийся непечатными выражениями. Это радист заметил еще одну пчелу, потом еще…

Непонятно откуда одна за другой стали появляться непривычно крупные пчелы, тут же распуская крылья и разлетаясь по салону. Казалось, они вылезают отовсюду. Жужжание становилось все громче и агрессивнее. А отбиваться от пчел в ограниченном пространстве салона самолета, полном всяческих выступающих деталей, было все труднее. К охоте на незваных гостей подключились все, кто был на борту, кроме дремавшего на носилках парнишки-африканца. По всему салону раздавались удары самодельных хлопушек. Когда число мертвых пчел на полу салона превысило полтора десятка, члены экипажа с облегчением заметили, что жужжания больше не слышно. Это было очень кстати – «семьдесят шестой» уже вошел в египетское воздушное пространство и начал снижаться. Предстояла посадка для дозаправки.

На подлете к Каиру командир неожиданно понял, что волдырем на шее не обойдется. Температура стремительно поднималась, перед глазами сгущалась пелена непонятного тумана, его начал бить озноб… Второй пилот принял штурвал, с тревогой глядя на командира. Бортинженер позвал врача.

Неужели реакция на укус пчелы? Скорее всего, пожал плечами тот, глядя на жутко разбухшую ранку от укуса. Ему уже приходилось оказывать помощь при укусах ядовитых насекомых, и он принялся за дело, однако обычные меры почему-то не помогали. Командира, которому на глазах становилось все хуже, вытащили из кресла и перенесли в салон. Врач делал все, что мог, – тщетно. Никакого эффекта. Второй пилот тем временем посадил тяжелую машину, техник занялся подготовкой к дозаправке…

Озабоченные состоянием командира, они не сразу осознали, что в салоне опять жужжат пчелы. Пользуясь пребыванием на земле, экипаж попытался выгнать насекомых из кабины. Часть злобных насекомых удалось прихлопнуть, часть вылетела наружу. В самолете снова стало тихо.

– И откуда их столько?..

Все только пожимали плечами. Радист и техник потирали места укусов. Посовещавшись, решили продолжить полет и не обращаться к египтянам за помощью, будучи не слишком высокого мнения о местной медицине. Тем более что Каир был для них лишь «аэродромом подскока», и о вызове местной «Скорой помощи» следовало позаботиться заранее. Терять время не стоило. Дозаправившись, «Ил-76» снова взлетел. Однако вскоре после набора высоты врач начал сомневаться в правильности принятого решения. Состояние командира не улучшалось, и несколько часов, отделявших их от посадки на аэродроме, могли оказаться для пилота фатальными. Тот уже несколько раз терял сознание.

За штурвалом с хмурым видом сидел второй пилот. Бортинженер подсел к врачу и поинтересовался:

– Доктор, скажите, что с командиром? Мы все очень переживаем.

Тот пожал плечами:

– Честно говоря, насекомые – не мой профиль. Я терапевт и ручаться, что не ошибаюсь, не могу.

Но бортинженер не унимался:

– А все-таки, что вы думаете? Вы же врач, вы все равно в этом деле больше нас понимаете…

– Ручаться не стану, но, по-моему, у вашего командира аллергия на пчелиный яд. А то с чего бы такой здоровый мужик так быстро сник? Ведь от одного укуса пчелы люди не умирают.

Экипаж, поразмыслив, согласился с врачом. Очень похоже на то, что так оно и есть. Аллергия. Связавшись с наземными службами, второй пилот с подачи врача затребовал «Скорую» прямо на бетонку. Поколебавшись, добавил, что в самолете могут быть ядовитые насекомые и, следовательно, может потребоваться дезинфекция. На то, что движения радиста стали какими-то замедленными, ни летчик, ни врач не обратили внимания – ничего удивительного, все устали. Вон техник тоже кислый какой-то сидит… Врач похлопал летчика по плечу и направился в салон, к своим подопечным. Незачем мешать пилоту – самолет уже начал снижаться. Еще несколько минут – и этот кошмарный полет закончится… Присев рядом с командиром, врач положил ладонь на его лоб и покачал головой: температура не спадала. Он машинально потянулся к своей сумке, хотя знал, что там нет ничего, что могло бы помочь больному. Но его рука замерла на полдороге: в салоне вновь отчетливо стало слышно зловещее жужжание! Врач подскочил и во весь голос заорал:

– Тревога! Пчелы!

Его услышали все, но никто не успел среагировать. Насекомые мгновенно заполнили салон. Казалось, все ранее прихлопнутые пчелы снова поднялись в воздух. Более того, через минуту каждый находившийся на борту человек испытывал стойкое ощущение, что их гораздо больше, чем в прошлый раз. Откуда они берутся – по-прежнему было непонятно. Рассвирепевшие насекомые набрасывались на людей, жаля всех подряд. Те отбивались чем попало, и довольно успешно – жужжащие камикадзе гибли один за другим. Однако и их атаки достигали цели. В конце концов, пчел было гораздо больше, чем людей. Очень скоро каждого из членов экипажа «украшало» несколько быстро вспухающих волдырей. Звуки ударов импровизированных хлопушек перемежались с руганью и вскриками ужаленных членов экипажа и пассажиров. Пчелы атаковали даже потерявшего сознание командира и лежащего на носилках Максимку, которые не участвовали в побоище. Но хуже всех было второму пилоту, который не мог выпустить штурвал, чтобы хотя бы отмахнуться от назойливых насекомых. Попавший в организм яд уже начал действовать, и пилоту оставалось только надеяться, что он не вырубится раньше, чем пневматики коснутся посадочной полосы.

Наконец сильный толчок возвестил о том, что самолет приземлился. Посадка получилась жесткой. Никто из людей, занятых борьбой с жужжащим кошмаром, в этот момент не смог удержаться на ногах. Пчелам же было наплевать на то, что полет завершен, – они настойчиво продолжали свои атаки.

На помощь экипажу пришли подоспевшие спасатели – в открывшиеся люки сразу же хлынули струи какого-то аэрозоля с неприятным запахом. Пчелы ринулись из самолета, разлетаясь во все стороны, но большинству далеко улететь не удалось. Аэрозоль, не слишком безопасный даже для людей, для пчел оказался и вовсе убийственным.

Первым из чудом посаженного вторым пилотом транспортника эвакуировали командира; он по-прежнему был без сознания. Остальные, хотя пока и держались на ногах, тоже чувствовали себя все хуже. Их спешно рассаживали в подъехавшие машины. Над аэродромом сгущались сумерки. Врача усадили в ту же «Скорую», куда погрузили носилки с его подопечным маленьким африканцем. К машине подошел один из спасателей, похоже, какой-то начальник – на погонах блеснули крупные звезды: