- А тебе-то сейчас, какая разница?
- Ну, как, ты - бывшая, он – мой друг. Бывший тоже...
- Странно, вообще, Перов, что вы подружились. Глеб, в отличие от тебя, имеет характер: он не блуждает в трёх соснах, деловой, не зануда, целеустремлённый, ничего лишнего, бесполезного по жизни не делает, как ты.
- Ещё бы… Я его характер знаю, он лишний раз пальцем не пошевелит. Но в опасности выручит, это да…
- Человек знает, зачем живёт. Мне он очень нравится, - как бы получив от бывшего эстафету одобрения выбора, подтвердила Наталья, - Всё, прощай. Сейчас ты начнёшь, конечно, юморить. Тебя я тоже знаю. Нет времени выслушивать твои остроты.
Судя по тону, говорила она на полном серьёзе, да и не любила Наталья упражняться в смеховой культуре. Андрей посмотрел вслед уходившей, такой близкой, но, всё же, до конца не разгаданной, бывшей жены, как смотрят вслед какого-нибудь бурного периода жизни, наполненного наполовину зряшными страстями, но всё же неотъемлемого от твоей жизни в целом, сел в машину и поехал осматривать однокомнатную квартиру, адрес которой дал ему Вова Королёв. Сейчас Андрей был богат и искал подходящую квартиру.
* * *
Уже вечером он зашёл в минимаркет, недалеко, в пяти минутах езды от своего временного жилища в мастерской, чтобы купить ставшие уже привычными котлеты-полуфабрикаты почти из натурального фарша. Андрей не был большим ценителем и знатоком кулинарии, а это была уже проверенная на опыте пища. Он порыскал глазами по полке стеллажа, отыскал свою еду и протянул руку, чтобы взять её, но вдруг услышал женский голос за спиной:
- Вы бы лучше взяли кусок мяса, перекрутили бы на мясорубке и сделали бы котлеты натуральные. А в этих, - кто его знает, что в них…
Андрей обернулся. Перед ним стояла тёмноволосая девушка в зелёном платье простого, по стройной фигуре, фасона, длиной до колен, с короткими рукавами. В руках она держала корзину с продуктами. Лет ей было примерно двадцать три – двадцать пять. Шатенка, волосы по плечи, причёска «Вольный ветер», серьги с бирюзовым камешком. Глаза большие, серого цвета, несколько близорукие, и, поэтому, особенно красивые и выразительные, смотрели на мир как-то по-особенному, - спокойно, но немного удивлённо и вопрошающе…
Вообще весь её образ, в целом, был бессознательно, природно органичен, словно она - некая изначальная данность, не тронутая самосознанием и рефлексией, дикое, девственно экологическое существо женского рода, сотворённое великим, неведомым Мастером. Было видно, что вряд ли её интересовало, как она выглядит со стороны, что она вообще, допустим, смотрится в зеркало, а если и поглядит в него, то видит своё отражение глазами животного, - что-то там мельтешит, похожее, примерно, на человека-женщину.
- В фарш положите немного мякиша батона, размоченного в молоке, - продолжила незнакомка кулинарную тему и пояснила, - И котлеты мягче будут.
Андрей подспудно уже ждал нечто подобного, то есть подобной встречи. Он знал, что мир не оставляет одинокого мужчину без женщины, и обязательно предложит ему особь противоположного пола.
Он положил упаковку назад и сказал:
- Наверное, так и сделаю. А как вас зовут?
- Инга. Инга Половая, - и увидев, как Андрей, с лёгким удивлением, чуть приподнял брови, добавила, - Фамилия у меня такая, её не выбирают от рождения.
- Нормальная фамилия, наверное, кто-то из предков работал официантом в трактире.
- Ну, да, наверное.
- Меня зовут Андрей.
- А я знаю, вы на Менделлева живёте, в мастерской у Гены Чарского. А я напротив живу, дом небольшой, из красной плитки.
- А, ну да, аккуратный такой, красивый. А вы, …ты и Гену Чарского знаешь?
- Да. Он даже как-то пробовал ухаживать за мною. Но он женат, и Ольга у него хорошая. Он хороший и умный, … немножко слишком умный.
- То есть, как это «слишком»? Это плохо?
- Да. Ум тогда впереди жизни бежит, становится как бы источником жизни, не по рангу.
- А что является источником жизни?
- Не знаю, да и знать не обязательно. Надо только говорить себе, - не это, не это… И, он, этот источник, тогда сам собою обнаружится.
- Да, наверное… Интересно с тобой, но что-то, Инга, у нас философский разговор затянулся в месте, надо сказать, не очень располагающем. Тебя подвезти?