Большие летучие мыши, словно тёмные кожаные мешки, висели на потолке зала, но ни одного рукокрылого не было на статуях.
Наконец, Андрей обрёл дар речи и указал на гигантскую композицию:
- Слушай, это что-то невероятное, чудо какое-то пещерное. Это же … памятник мировой культуры. А ведь об этой галерее никто в мире не знает, научное сообщество, там, ЮНЕСКО…
- Почему никто, - ответил Саша, - В деревне и посёлке старики знают. И Глеб Эмильевич эту Полость в ЮНЕСКО зарегистрировал, только об этих статуях ничего не сказал. А мы, когда был «Иннер файер», даже номер сделали на эту тему, помнишь, Андрей?
- Помню, но ведь эта сенсация за пределы Изасса никогда не выходила. Почему Грацианский-то молчит?
- Ну, у него, видимо свои планы на Полость и всё, что в ней. Хозяин – барин.
* * *
Товарищи прошли в зал. Андрей подошёл к одной статуе, огромной женщине, застывшей в каком-то, видимо, танце, рассмотрел поверхность её «плоти». В отколовшемся с поверхности каменной «кожи» квадратике, мерцало внутренним слабым светом тело истуканки, похожее на светло-коричневое вулканическое стекло. При этом зубы женщины были белыми, а глаза ясные, со зрачками и роговицей, но тоже из какого-то камня, словно вставленные глазные хай-тек-протезы.
- Саш, от неё исходит слабенькое тепло, еле-еле, но чувствуется.
- Ну, наверное, не остыл ещё камень, или магма…
- Как оно может не остыть за столько лет? Не должно тут быть никакого свечения и тепла. Там что, внутри, какая-то батарейка, или миниреактор?
- Не знаю, может быть идёт какая-нибудь долговременная химическая реакция?
- Скорее всего. Другого объяснения нет.
Рассмотрев этот пещерный рукотворный феномен поподробнее, полюбовавшись на эту мрачную скульптурную композицию, подземные путешественники устроили в углу зала, у стены, лагерь, разожгли горелку, разогрели еду, поужинали. Вода в подземной речке, протекавшей сквозь залы и подземные ходы, оказалась чистой и холодной, родникового происхождения. Попив чаю, Андрей с Сашей устроились на ночлег поодаль этих загадочных каменных гигантов. Залезли в спальники, надули своими лёгкими, для мягкости, резиновую оболочку мешков.
Но сон пока, ни к тому, ни к другому не приходил. Некоторое время лежали молча. Тусклый свет от статуй, с чёрными всполохами летающих рукокрылых, освещал зал. Абсолютная тишина нарушалась воздушным шумом крыльев живых обитателей полости и, иногда падающими на каменный пол, кусочками каменной «кожи» с человеческих изваяний.
- Андрей, - неожиданно спросил Саша, - Вот что такое женщина? Что это за существо? Как она ощущает жизнь, воспринимает окружающий мир? У них есть какая-нибудь логика?
Андрей немного даже опешил от свалившихся вопросов, хотя и вспомнил, что некогда такие же точно вопросы он и сам задавал себе. Да и обстановка, темнота, удалённость от привычного мира, их одиночество распологали к философским обобщениям «за жизнь».
- Хм… Определение женщине как человеческому существу дать почти невозможно, Саш. Говорю «почти», потому что понимание женщины – это не её «определение», окружение её какими-то пределами. Да и сами они разные бывают, тут даже не половая («Что сейчас моя Инга делает?», - подумал он) принадлежность главное… Хотя, да, существует, несомненно, некая загадка пола, женского, феномена фемины, так сказать… Как, впрочем, и мужского.
Мне кажется, что существует некая грань, за которой мы и женщины - радикально разные существа, и никогда своими куцыми умишками не поймём до конца друг друга. Такими нас создал Бог. И это, знаешь, прекрасно, не надо понимать, изучать. Ещё неизвестно, кто кого лучше понимает, знает и выбирает в спутники жизни.