Но я, заметь, почему-то, не стал циником и материалистом, поэтому дам другой ответ: Саша, имеется фундаментальный закон бытия, - большой настоящей любви без большого испытания, потерь и разочарований не бывает. Даже в раю, суперкомфортном месте, где были сотворены Адам и Ева.
И ты, когда, извини, не полез на голую Катю, был во власти этого закона, хотя явно и не осознавал этого. Из вас двоих именно она, Катя, не выдержала этого испытания, но, по большому счёту, на ней нет никакой вины. Сработал опять же базовый инстинкт. Ей вполне можно простить, что она не Лаура, идеал женщины поэта Петрарки, любовь между которыми продолжалась долгие-долгие годы и заключалась в переглядывании на расстоянии в дивном саду, во время прогулок. И даже, если бы и Лаура, …э-э-э.., ну, перепихнулась с каким-нибудь маркизом-проходимцем, где-нибудь на почтовой станции, среди лошадей, то эта идеальная девушка искренне не посчитала бы этот биологический казус за измену и трагедию…
- А Петрарка посчитал бы это за трагедию, измену и крах своей мечты?
- Тут я не уверен. Всё зависит от того, хотел ли поэт получить от Лауры не только платоническое, но и плотское, половое удовольствие.
- Я вот хотел, не скрываю, но что-то остановило меня. Не так прозаично я себе это представлял.
- Неопытный ты ещё, литературный. Весь этот радужный фонтан и должен плавно перетечь в высшую суперинтимную фазу – телесно-внутреннее проникновение. Сашок, у тебя будет твоя женщина, поверь мне. Так же, как она, настоящая любовь, появилась и у меня, после наташкиной измены, трагедии и развода.
- Но мне сейчас очень трудно, Андрей, я становлюсь циником.
- «На сердце рана у меня-я-я», - пропел Андрей, - Ты не первый, это и есть испытание. Оставайся самим собой, каким и был. Не становись циником-ходоком, или добровольным затворником. Не бойся их. Тебя ждёт твоя девушка, твоя любовь. Это тоже закон. Давай-ка спать, что-то я умаялся сегодня, да и ты тоже.
Спелеологи, закрыв спальники, ещё немного, поразмышляли в молчании о превратностях, счастье и коварстве любви, затем мысли начали распадаться на фрагменты, растворяться и проваливаться в бессознательное, и, наконец, оба, будучи заключёнными в плотные объятия Морфея, погрузились в глубокий сон.
Глава 15. Потерянный проводник и секрет статуй
Проснулся Андрей от звяканья посуды, шума горящей горелки и закипающего чайника. «Молодец, Сашок, первым проснулся и уже на хозяйстве», - Андрей посмотрел на часы. Половина восьмого. Посмотрел в сторону сашиного ночлега и с удивлением обнаружил, что напарник и не думал вставать, а благополучно досматривает сны, закутавшись в свой спальный мешок. Андрей быстро повернулся к источнику звуков.
То, что он увидел, ещё больше ввергло его в удивление и некоторый страх: какой-то незнакомый человек, присев на корточки, боком к Андрею, раскладывал по трём кружкам пакетики чая на верёвочках.
Это был молодой мужчина лет тридцати, среднего роста и телосложения, в шерстяной вязаной шапочке, тонком тёмном свитере, с рукавами, закатанными по локоть, штанах хаки и альпинистских ботинках. Горелка освещала его лицо с синими глазаами, носом правильной формы, тонкими губами, стриженой бородкой и усами рыжеватого цвета. Сразу же бросался в глаза несколько необычный цвет кожи его лица и рук. Они были красноватого оттенка, словно бледная мандариновая кожура. Где он, таким образом, мог загореть под землёй, оставалось загадкой.
- Кто вы? – спросил Андрей, - И как вы тут оказались?
Мужчина повернулся и открыл было рот, чтобы ответить, но за спиной спрашивающего раздался голос проснувшегося Саши:
- Это Костя Вергильский, заблудившийся проводник. Здорово, Костя. Познакомься Андрей, это Костя. А это Андрей. Мы, честно говоря, вообще не ожидали тебя увидеть. Думали, что всё, пропал в этом подземелье. Ты где был-то? Как выжил?
- Привет, парни, - ответил одинокий следопыт-анархист, - Да я, видишь, как в последний раз заночевали здесь же, в этом зале, вдвоём с Борей, получили команду от Грацианского дальше не ходить, возвращаться на поверхность. А мне очень уж интересно было, что там дальше-то. Ну, я встал пораньше, собрался и пошёл туда.