- А как дело обстоит с религией, верой в сверхъестественное? – задал, в свою очередь, следующий вопрос Андрей.
- А вот религия в Аккумсане одна, и это монотеизм – культ Кракобега и Вечной тьмы. Эта религия идеально сочетается с экуменическим коммунизмом и всеобщей любовью. Вот вы сейчас всё хорошо видите, да? Вы, наверное, думаете, что это свет такой, как бы на закате дня? А вот и нет. Этот, якобы, свет является разновидностью самой настоящей кромешной тьмы. Доказать? Смотрите.
Вольный проводник направил вечный фонарь на каменную стену и включил его. Двое его коллег выпучили глаза: луч фонаря разрезал псевдосвет аккумсанского пространства, словно раскалённый металлические прут. Фонарь выдал даже не свет, а какой-то плотный, словно кристалл, луч лазера, высветив на камне его структуру, мельчайшие трещинки и неровности, как будто под увеличительным стеклом. Костя улыбнулся и выключил светильник.
- Только не вздумайте включить фонарь в городе, - строго сказал Костя, - Вообще забудьте про них.
Немного придя в себя от увиденного, Андрей спросил:
- А почему Крокобег?
- Крокобег – это бог-отец, источник порождения и существования рубрумов. Но об этом вы чуть позже узнаете поподробней. Кстати, о Крокобеге, - ну, что пойдём вниз, в город, там сявятилище, капище и вход в место обитания Крокобега. Нам ведь к нему. Но не сразу, - некоторое время надо пожить в Аккумсане, обвыкнуться, подружиться с местными, чтобы допустили к Зверю.
- Костя, если здесь нет времени суток, дня и ночи, то каккая тут единица измерения времени, его система счёта?
- Как и на поверхности, - часы и минуты. В основе – период вращения Земли вокруг своей оси. Два оборота стрелки по циферблату – сутки. Подведите свои часы по моим. Сейчас десять двадцать.
- Да-а-а, своеобразная страна…Пойдём. Но ещё один вопрос, - в Андрее вдруг заговорил профессионал-ихтиолог, - Вон та река, - какая рыба в ней водится?
- Как обычно, - ответил Костя, - Щука, остракодерма, карась, галеаспида, пескарь и латимерия.
- Не может такого быть! Не верю! - воскликнул Андрей, - Это уже из области фантастики! Остракодерма и галеаспида – это панцирные рыбы из позднего силура, палеозой! Их нет сейчас. Не выдумывай, Константин! Ты фантазирушь!
Костя удивлённо посмотрел на ихтиолога долгим взглядом, пожал плечами:
- Ну, сам увидишь…
* * *
Группа исследователей из трёх человек тронулась вниз, по склону горы. Дойдя до границы каменной площадки, они пошли по луговой светлозелёной траве, среди которой встречались какие-то небольшие синие цветы. Встречные деревья являли собой образцы культуры бонсай, - не выше трёх метров, с параллельно расположенной листвой на ветках, кривыми, уродливо-красивыми стволами. На ветвях некоторых деревьев сидели большие, с курицу, птицы, похожие на воробьёв, которые никак не реагировали на проходивших людей.
- Они могут пролететь метров десять, не больше, как курицы на поверхности, - пояснил Костя, - Им незачем летать, нет смысла.
Наконец, дошли до дороги. Аспидно-чёрное полотно автотрассы блестело, словно наполированное. Транспорт не заставил себя долго ждать. Показался легковой автомобиль серого цвета, почти копия земного, исключая наличие фар и сигнальных огней. Костя махнул рукой и машина, подъехав к пешеходам, остановилась.
В автомобиле находилась двое: парень (за рулём) и девушка лет двадцати пяти. Это были симпатичные молодые люди с улыбкой на устах. Тщательно выбритый парень-брюнет с короткой стрижкой в кожаной куртке с металлической фурнитурой и его спутница, - светловолосая большеокая девушка с правильными чертами лица, одетая в цветастое платье. «Прямо актёры голливудские», - подумалд ихтиолог. Как и у Кости, их кожа имела совсем лёгкий красивый налёт загара едва заметного золотисто-розового оттенка, - подумал Андрей, - Если, конечно, здесь имеется таковой».
- Кромешной вам тьмы! - приветливо поздоровался водитель, - Вам, наверное, в город нужно? Садитесь, добро пожаловать.
- И вам здоровья, - ответил за всех Константин, - Да, подбросьте, если не затруднит.
- С радостью!
Костя, Андрей и Саша сложили свои рюкзаки в любезно открытый багажник, а сами разместились на заднем сиденье в просторном салоне авто. Тронулись. Лёгкий ветерок принёс прохладу и играл длинными волосами пассажирки.