Выбрать главу

- Я, почему-то, так и подумал, - сказал собеседник, повторив сашину фразу.

- Саш, - спросила Ятак, положив свою нежную руку на руку главного мима, - А какую роль ты мне дашь?

- Ну, это.., для начала можно сыграть куклу в миниатюре, - промолвил зачарованный Сашок, положив на девичью лапку свою другую ладонь, - Катя, прости меня за…

- Извините, - решительно сказал его старший друг подземным гуриям, посмотрев на часы, - Саш, а что это мы засиделись? Тебе на репетицию пора, мне – в лабораторию. Нам пора, девушки! Пошли!

Саша с трудом оторвался от руки, оба встали.

- Порни, а давайте встретимся, примерно через полсуток, - умоляюще сказала Ятак, - Здесь же, в одиннадцать. Вы нам очень понравились. Покупаемся в речке, пикник организуем, а?

- Мы бы с удовольствием, - сказал Андрей, - но мы… заняты…

- Да, конечно, с удовольствием, - быстро и решительно перебил его ромео, - Через полсуток, ровно в одиннадцать! А сейчас, нам, к сожалению, надо идти…

- Только, непременно, приходите оба! Обязательно вдвоём. Это – наше условие, юноши!

- Да-да, Катя, Ятак…

Апгрейд-влюблённый поплёлся вслед за товарищем, оглядываясь и махая рукой двум, посылавшим им воздушные поцелуи, симпатичным девушкам.

- Ятак, - сказала Ашатан подруге, когда спелеологи удалились, - Я, кажется, влюбилась в Андрея! Он такой хороший, про рыб всё знает, лёгкий, не пристаёт.

- А я без ума от Саши! – ответила молодуха, - Стройный, краснокожий, как поверхностный индеец, и знаменитость. Что? Будем думать о церемонии?

- Да.

* * *

- Ты что, сдурел? Куда ты влезаешь? Тебе мало проблем? – выразительно вопрошал Андрей своего юного друга, - Очнись, это же не те, наши, Катя и Наташа, - Это их антиподы, дубликаты! Да и не входит в задачи спелеологической экспедиции любовь к аборигенкам, и даже лёгкий роман с ними. Наша цель – взять флегму этого крокодила-бегемота. Костя сказал, что уже скоро такой случай предоставится.

- Нет-нет, Андрей, ты не понимаешь! Это рок и судьба дали мне встречу и второй шанс с Катей. Я её очень сильно люблю! Да, Ятак немного другая, но это, всё же, она, Катя! Если ты мне друг, желаешь мне счастья, и не совсем бессердечный человек, то ты должен завтра, то есть через полсуток, пойти со мной на пикник с ними, с Катей! Это – их условие.

- Да? И что я буду делать с этой Ашатан? – спросил Андрей.

- Ну, поговорите о рыбной фауне… Намекнёшь, что не можешь её полюбить…

- Ну, не знаю.., - растерянно сказал старший, - Вряд ли, даже здесь, в Полости, на пикник с девушками ходят, чтобы прочитать им лекцию о … физиологии латимерии. Надо всё рассказать Косте, то есть Ятсоку.

Придя домой, друзья застали Ятсока за трудовой деятельностью, - он доедал большую жареную курицу.

- Привет спелеологам! – сказал он, - Чем занимались? Как вам наш общественный строй, организация жизни?

- Строй-то у вас на высоте. Но у нас тут некоторые обстоятельства появились… Стихийные, - и Андрей рассказал куратору обо всём произшедшем за время развлечения в парке.

- Ну, что ж, бывает… - безмятежно ответил Ятсок, помыл под краном руки, лицо. Тщательно вытерся полотенцем, - Вы не первые в такой ситуации. Субинянки славятся своей красотой во всей Полости. Любовь с землянами здесь даже поощряется. Некоторые даже создают семейные пары, остаются. Нашим девушкам выходить на поверхность строго воспрещено законом, там до коммунизма ещё как далеко.

- Вот видишь, Андрей! – подскочил Саша.

- У тебя, Андрей, есть там любимая жена, - невозмутимо продолжал проводник, - Поэтому в Субе можешь организовать небольшой роман с этой Ашатан…

- Даже и не подумаю! – твёрдо сказал Андрей, - У нас всё закончено! Я развёлся с ней, … с её дублем то есть.

- Ну, не с нашей же Ашатан, а с антиподом её. Я бы на твоём месте попробывал бы, ради жизненного и научного эксперимента.

- Спасибо, нет.

- А вот Санёк, видишь, нашёл именно здесь свою любовь, свою мечту. Ты вполне можешь соединиться с Ятак, создать семью, жить счастливо.

Саша кивал головой.

- Ага, семью без детей. Что это за семья?

- А что тут плохого, - спокойно сказал Ятсок, - Вся любовь, целиком, отдаётся друг другу. Ты ещё не знаешь, какое это великое, всепоглащающее чувство!