Выбрать главу

- В космос – за ресурсами, к вам, на Землю - чтобы дать землянам то, без чего вы жить не можете.

- И что же это?

- Тайна, загадка и страх. Это держит вас в покое, помогает жить, не мешая нам.

- А людей вы тоже похищаете? Для Зверя, наверное?

Ятсок промолчал, оставив вопрос без ответа.

- А за счёт чего этот самокат движется, летает? – снова поинтересовался Андрей.

- Вон, видишь, - это когерентный пучок плазменной энергии, по принципу гравитолёта. Рубрумы – большие специалисты по плазме.

Из диска, в открывшуюся дверь-купе вышли два существа, похожие на людей, с дынеобразной головой, руками-ногами, ростом повыше человека, в серебристых одеждах. Маленький нос, рептильные глаза.

- Кто это?

- Рубрумы-лётчики. Особая подраса аккумсан.

Ятсок подошёл к ним, что-то переговорил, повернулся и махнул рукой отъезжающим:

- Заходите, пора, - сказал он, - По прибытию, Андрей, не забудь сразу же передать флегму Белгу. Все ждут, сам понимаешь.

- Хорошо.

Трое пассажиров, Андрей, Саша и Ятак вошли внутрь диска через дверь в куполе, оказавшись в достаточно просторном помещении с пятью мягкими сиденьями и хорошим внешним обзором. Салон был отделён от кабины управления прозрачной стенкой. Там мигал индикаторами небольшой пульт управления. Зашли летающие рубрумы, устроились в креслах у пульта в отсеке управления. Ятсок с Ашатан помахали рукой, диск зашумел звуком, похожим на шум сильного ветра, и, мгновенно набрав скорость, взмыл вверх.

Саша с Ятак сидели, прижавшись друг к другу и взявшись за руки. Жених, наклонившись к девушке, что-то нашёптывал ей. Пара совершенно не интересовалась, где они и что вокруг. Серебряные гуманоида сидели за управлением молча и неподвижно. Андрей же с интересом наблюдал за тем, что происходило за прозрачным куполом: вначале диск летел вверх, сквозь мутновато-красную туманность, - небо Полости, небо Аккумсана, в котором мало что можно было рассмотреть, и не было ничего интересного. Затем воздушное пространство несколько посветлело, стало прозрачным, исчез туман, появилась чёткая видимость.

В отдалении, по окружности маршрута ихтиолог увидел мрачные гранитные стены огромного каменного конуса, по которому диск-самокат летел вверх. Этот огромный конус, по мере подъёма выше и выше, сужался, кверху, из его вершины всё ярче светил дневной, такой родной, земной свет солнца и неба.

Чуть замедлившись, диск поднимался вверх ещё минут пятнацать, пока не вылетел, наконец, в большое отверстие-кратер, пролетел ещё несколько секунд и завис, примерно, в километре в небе, над родимой Землёй. Поглядев вниз, Андрей испытал тёплое и радостное чувство от встречи с родиной. Аппарат завис над пшеничным полем, сбоку которого виднелась лесополоса из больших тополей, река и автомобильная трасса. На дороге была видна остановка, а дальше, примерно в километре пути, постройки и здания большого города, в котором и обретался ихтиолог, и где его ждала его любимая Инга.

* * *

Диск чуть тряхнуло, и через долю секунды, это металлическое чудо передвижения стояло посреди пшеничного поля, недалеко от лесополосы с автобусной остановкой.

- Андрей, первым делом тебе нужно передать флегму Белгу, - напомнил летаюший гуманоид-подземлянин, появившись в проёме между кабиной и салоном.

- Да, я знаю, - ответил Андрей, с интересом рассматривая вблизи это фантастическое существо с вытянутым лицом, глазами варана и нарядом гея.

- Мы знаем, знаем, - ещё раз подтвердил уже женатый молодой спелеолог.

До города они добрались на маршрутном автобусе. Ятак завороженно, большими глазами рассматривала окружающие пейзажи, улицы, дома.

- А где увас едят, Саш, обедают? – удивлённо спросила она.

- Дома, в кафе, ресоранах, закусочных. Ноих не так много, как в Аккумсане. Более того, чтобы поесть на улице, или приготовить дома, надо купить продуктов и заплатить за них деньги.

- Деньги? Это что?

- Я же тебе уже рассказывал там, в Субе. Забыла?

- А, да! Билетики такие. Их ещё нужно где-то достать, заработать. Как же, помню.

- Да, большинство землян работают, чтобы эти билетики им дали. А некоторые достают, не работая, - сказал Саша.

- Давай и мы достанем, Саш.