Зарина помнила - молодой кот ранен, ведь он хромал, убегая от ловцов в тот раз. Мудрено ли, что она болела за представителя любимых кошачьих от всех души, вкладывая все чувства в подбадривание, в шёпот, в мольбу: "Миленький, осторожней, не подставься, сейчас наши подойдут, разгонят вас, а уж я тебя вылечу, ты только в сеть попади, я вылечу... Я вылечу!"
Услышь её кто, вот посмеялся бы, но все ловцы находились там, рядом с боем, которой вот-вот мог закончиться гибелью изнемогающего кота. Слёзы затуманили картину схватки, желание спасти тигрика любой ценой выгнало ветеринара Горлову из лагеря. Она шла без лыж, проваливаясь глубже колена, пока не опомнилась, услышав крик Сидорова:
- Куда? Назад, не мешай! Он задерёт тебя!
Медведь, и правда, обнаружил, что свидетелей схватки или новых участников добавилось. Разинув пасть в сторону Зарины так, что не только клыки с языком, но и сама глотка стала видна, гигант выдал оглушительный рёв.
Опытный, матёрый самец ощутил опасность, которая грозила ему со всех сторон. Инстинкт подсказал: «Бежать!» И бурый гигант заметался на месте. Резко, скачками меняя направление, он высмотрел всех врагов – и людей и тигра - оценил и принял решение.
Тигр? Что тот заморыш, что его царапины!
Люди, они источали запах табака, дыма, железа, смазки и пороха. Такие запахи сулили смерть. Бежать! Куда?
Справа – трое. Слева - трое. Сзади – трое. Все - вразнобой, не вместе. Сразу всех свалить не удастся. Только впереди, откуда тянул лёгкий ветерок, угадывался одинокий запах. Без смазки, дыма. Без опасного железа.
И медведь рванул в сторону минимальной опасности!
Сытый, не успевший истратить жир, запасённый на зиму, он галопировал, мчал крупными скачками. Его бурая шуба колыхалась волнами. Снег разлетался в стороны, как брызги от воднолыжника.
Перекрывшие путь по ручью бросились вдогонку – Зарина и медведь оказались на директрисе стрельбы. Ловцы с боков вскинули карабины. Вотще! Несколько выстрелов вдогонку никак не сказались на скорости живого тарана.
Ветеринар Горлова оцепенела, глядя на бурая тварь, только что выглядевшую точкой. Размером с карликовую собачку. А сейчас стремительно приближалась, увеличиваясь в размерах!
И времени отбежать в сторону – медведь ей не оставил. Зачем, ну, зачем она сбросила лыжи? Наст под ногой проламывался, тормозил. Два, три шага по пояс в снегу, пробивая траншею – разве это бег? Бурый зверь тоже проваливался, но сил на высокий прыжок у него хватало, а Зарине – нет. Она смотрела на медведя и бежала, бежала, бежала, разгребая перед собой снег руками, пробивая его ногами, наклонившись вперёд, но медленно, слишком медленно!
Лишь чуточку подправив траекторию движения, чтобы в прыжке сбить, подмять единственное препятствие на пути к свободе, медведь заслонил Зарине мир.
Большой!
Громадный!
Гигантский!
Вселенский!
Он вырос в размерах так быстро, что лишь мгновение, крохотное, мельче секунды, быстрее удара сердца - осталось ей на жизнь. Зарина даже полностью зажмурить глаза не успела. И когда тяжкая туша, обмахнув шерстью по лицу и обдав воздухом, вышибла сознание - девушка самым краешком, на пределе зрительного поля заметила оранжевую вспышку.
"Вот как она выглядит, смерть… - поняла ветеринар Горлова, замирая в последней мысли, - а я боялась, что больно…"
Мир, который она только что покинула, продолжал жить и без неё. Тело Зарины слышало и ощущало ту шумную жизнь:
Вот сдвоенное рычание... А это, не иначе, снежные крошки ударили в щёку...
Крики ловцов: "В башку, в башку бей!"
Выстрелы.! Несколько сухих – карабин? - и один гулкий – ружьё...
Предсмертное рычание тигра.
Мат Николая Сидорова: "Куда, б...ть, щеглы косорукие? Я сам!"
Ещё два ружейных выстрела. Более громкое, не такое раскатистое рычание – медведя.
Тишина...
Голос ловца: "Пристрели и этого. Не жилец. Крепко он его перед смертью шибанул. Рёбра наголе, лапа вдребезги. И хребтина сломилась, ишь, как перегнуло. Не жилец, точно..."
"Пусть Зарина посмотрит. Столько трудов, и насмарку? Заплатят-то лишь за живого!" - раздражённый голос Николая. Скрип наста под унтами.
- Зарина, эй!
И она отмерла, поверила, что жива, когда Николай осторожно потрепал её за плечо.
- Что? Я не...
- Ага. Промахнулся мишка. Вот на столько, - бригадир ловцов показал щепоть. – Тигра благодари. Подорвался вдруг, догнал в пару прыжков и прямо на башку этому. Сбил, в горло вцепился, а тот его лапами - цоп, подмял и душит. Ладно мы подоспели. Шесть раз стреляли, пока затих. А напоследок он кота отбросил, и тот спиной прямо на ствол. Глянь, его откачать можно, или всё, с концами?