Мои мысли прервали три человека – ассистент Марата, оператор Никита и Роберт, парень, у которого была главная роль.
– Итак, первый кадр. Макс входит в лабораторию, это холл, лобби, как хотите, с ультрасовременным интерьером. Он осматривается.
– Руслан, что добавишь?
– Да мы же уже все обсудили. Двери поставили? Никита заходит вместе с Робертом. Затем двери убирают за ним. Солнце светит справа из окна. Поставили пятерку, имитирующую солнце?
– Я не вижу, сказал Марат.
– Пятерку подвесьте справа от нас над стеной и направьте в центр сцены, – произнес Никита по рации.
Через 10 минут все было готово для того, чтобы снять сцену. Никита со стедикамом встал позади Роберта. Ассистенты стояли неподалеку, чтобы успеть откатить дверь. Простите за такое скудное описание того, как все было на площадке, но я большего и сам не знал, так как ничего не видел. Я лишь могу сказать, что настроение было хорошее. Никто не паниковал и не спорил, команды выполнялись четко.
Марат решил начать с этой сцены, потому что она достаточно сложная. На зеленку (хромакей) должны потом наложить интерьер лаборатории, куда пришел Макс, главный герой фильма. Сложность заключается в том, что кадр снимается со стедиками, то есть камера движущаяся, с облетом героя на 360 градусов. Марат хотел убедиться, что визуализаторы VFX смогут подставить на такое сложное движение картинку и все это будет смотреться убедительно. Очень дорогой кадр, но, если его смогут красиво и качественно поставить – съемки пойдут уже в бодром и уверенном настроении.
Марат, видимо, смотрел в плейбек. Затем кинул взгляд на своего ассистента. Тот начал по рации спрашивать о готовности камеры, звука, актера, ассистентов. Как только все ответили «есть», Марат скомандовал «мотор». Вот они долгожданные секунды, когда съемочная площадка превращается в механизм, где все шестеренки стоят на своих местах и режиссер, словно часовой мастер, отпускает пружинку и о чудо, все пришло в движение, не хаотичное, а упорядоченное. Чтоб такого добиться, необходима тщательная подготовка.
Никто не накосячил и кадр сняли с первого дубля.
– Снято! – прозвучал довольный голос Марата.
Я улыбнулся.
Сделали небольшой перерыв. Я продолжал также сидеть на стуле. Марат благодарил команду и готовился к следующему кадру.
«В красивом вестибюле его вежливо поприветствует консьерж и предлагает проводить – он дает ему визитку, которую получил от мужчины вчера», – проговорил Марат для меня.
– Снимаем второй кадр, Руслан. У нас по раскадровке лицо консьержа с улыбкой крупно и восьмерка на Макса.
– Отлично.
– Объясни Никите.
– Хорошо. Он где?
– Я тут, – ответил Никита, который стоял радом и слышал наш диалог с Маратом.
– Смотри, надо снять крупно лицо консьержа. Он уже подошел к Максу, выглядеть он должен почти слащаво. Улыбка. Понимаешь?
– Да.
– Потом берешь лицо Макса через восьмерку. Затем общий план, герои в профиль. Они уходят к лифту. На общем плане они должны выйти из света софита. Представил, как это должно выглядеть?
– Да.
– Тогда у меня все. Спасибо.
Я старался держаться серьезно, но в тоже время вежливо и дружелюбно. Чувство у меня было наверно такое, какое испытывают студенты актерских курсов на экзамене. Надо сыграть тренера-тяжелоатлета, с атрофированными мышцами и в инвалидной коляске. Примерно так.
– Отличное начало, как считаешь? – начал разговор Марат в машине.
Мы уселись в его мерседес и ехали ко мне.
– Да, здорово, – ответил я с улыбкой.
– Мне не терпится смонтировать отснятую сцену и показать ее продюсерам.
– Ты молодец.
– Мы молодцы. И Роберт идеально подошел на роль Макса. – произнес Марат. Он был воодушевлен. Совсем не как я. Я молчал.
Мы остановились. Марат помог мне вылезти из машины и довел до двери квартиры. Амелия встретила нас.
– Заходите, ужин как раз готов, – произнесла она.
– Нет, вы отдыхайте, я поеду к себе. Руслан, ты молодцом! – ответил Марат на приглашение.
– Марат, не уходи, мясо получилось отличным. Расскажите, как прошли съемки. Очень интересно.
– Спасибо, но я пойду. Руслан, я за тобой заеду завтра. Вместе поедем на монтаж! – Марат похлопал меня по плечу.
– Хорошо, конечно.
Мы с Амелией остались одни. Она обняла меня.
– Жду тебя за столом, любимый.
Я разделся. Вымыл руки и свалился на кровать. Я был вымотан. Не физически, а морально. Было приятно оказаться на площадке вновь, но я был практически бесполезен. Мне надо было играть роль человека, от которого что-то зависит, но у меня было ощущение, что я обманываю себя и всех остальных.