— Я думаю, в пророчестве говорится о наследнике Слизерина, — уверенно заявил Арчер.
— Ну ты и до этого думал, что вся эта писанина как-то нас касается, — напомнил Гарри.
— Да. Но теперь я в этом уверен, — Арчер победно усмехнулся.
— Отлично, — без особого энтузиазма откликнулся Поттер. — Только кроме этого больше ничего не понятно.
— Ты не прав, — Том хмыкнул. — Пару строк мне все же удалось разобрать. Например, вот это, — он протянул другу листок, где было записано пророчество: — «Ключом, что по венам у магов несется» — думаю, речь о крови волшебников. Значит, чтобы открыть некую дверь нужно пролить кровь мага.
— Что за дверь? — скучающе уточнил Гарри.
— Я пока не совсем уверен, — признал Арчер, — там говорится «дверь в мир иной», возможно, это какая-то метафора?
— Допустим, — согласился Поттер. — А дальше?
— Дальше вот здесь, — Том указал на другую строку: — «Когда в небе солнце с луною сойдутся» — очевидно, что это затмение, только не понимаю лунное или солнечное.
— Хм, — Гарри задумался. — Вообще-то Банши тоже говорила что-то про затмение, как же там было… ах, ну да: «В день черной луны познай агонию потери. В день черного солнца услышь шепот собственной гибели».
- Лунное затмение, а потом солнечное, — задумчиво протянул Арчер, — любопытно. Нужно узнать, ожидаются ли они в ближайшем будущем.
— Гермиона ходит на астрономию, — вспомнил Поттер, — можно у нее спросить.
— Мы все ходим на Астрономию, — сухо поправил его Арчер.
— Да, — не стал спорить Гарри, — но из нас троих только она слушает, что там говорят. Тем более, лично мне не охота высчитывать лунные циклы и составлять прогнозы, а тебе?
Том на это брезгливо скривился, но больше никак слова друга не прокомментировал, снова обратив внимание на пророчество:
— Так. Далее у нас строчка про короля, с которой мы уже разобрались и…
— …и двери смертей для живых распахнутся, — закончил за него Гарри. — А это что значит? Наступит конец света?
Том флегматично пожал плечами.
— Как знать, — он фыркнул. — Может, мне предначертано уничтожить мир?
— Благородная миссия, — глубокомысленно покивал Поттер.
— Забавно будет, если мне предначертано его уничтожить, а тебе спасти, — иронично заметил Том.
— Если верить той бредятине, из-за которой в итоге убили моих родителей, то мне предначертано только уничтожить Волдеморта, — напомнил Гарри. — Так что если ты в ближайшем будущем не планируешь взять себе его псевдоним, то беспокоиться не о чем, уничтожай себе на здоровье, я в сторонке посижу.
— Ты такой добрый Гарри, — ехидно мурлыкнул Том, — я просто расплачусь сейчас от умиления.
*
Утром в воскресенье Хогвартс буквально гудел от смеха и разговоров. Ученики вернулись в школу и весь день только и делали, что обсуждали прошедшие каникулы, Святочный Бал и грядущее второе испытание, о котором Поттер только-только успел благополучно позабыть. За сводчатыми окнами замка крупными хлопьями валил снег, в каминах полыхал огонь, в общих гостиных, коридорах и Большом Зале стоял непрекращающийся гомон голосов.
Драко и Блэйз, перебивая друг друга, рассказывали, как они с семьями ездили в Австрию на международный прием знатных родов Европы. Слушать рассказ Забини было интереснее, потому что тот вспоминал всевозможные забавные моменты, щедро приправленные неизменно черным юмором. Малфой же по большей части без конца нудил о том, сколько богатых и знаменитых магов он там встретил и какими связями обзавелся, нагоняя на Поттера тоску. Ближе к вечеру к ним присоединились Дафна с Миллисентой, и разговор из заунывных речей Малфоя перетек в полушутливую болтовню. Гарри с интересом наблюдал за Гринграсс, но девушка вела себя как обычно, исключая лишь тот факт, что за весь вечер она на Поттера даже не взглянула ни разу. Лишь когда сокурсники начали потихоньку разбредаться по своим комнатам, чтобы разобрать вещи и приготовиться ко сну, юноше удалось застать Дафну в одиночестве сидящей у камина. Услышав, как он окликнул её, девушка медленно обернулась:
— О, так ты все-таки разговариваешь со мной, — она грустно улыбнулась.
— Конечно, — слизеринец недоуменно моргнул, — почему я не должен разговаривать с тобой?
Гринграсс опустила глаза.
— Я боялась, что теперь ты не захочешь иметь со мной ничего общего, — её голос еле заметно дрогнул. — Мало кто может нормально общаться со мной, после того, как узнаёт о том, что я такое.
— Это же не твоя вина, — негромко сказал юноша, подходя ближе.