– Хочешь сказать, его… ещё можно активировать? И взрывчатка где-то в школе?
Коул покачал головой.
– Нет, – его руки снова мелко дрожали. – Я не имею ни малейшего понятия, где взрывчатка. Я знаю только то, что эта штука, окуни мы её, к примеру, в ледяную воду за окном, где-то запустит механизм. И кого-то, возможно, убьёт. И вопрос, бессмертного или нет, остаётся неразгаданным.
Дэмиан снова посмотрел на меня. Райан III рядом с ним продолжал ненавидяще, но с безумной улыбкой на губах пялиться в пол. Даже он не знал, что делать. Этот Райан.
– Отпусти его, – я потёр глаза.
Дрю посмотрел на меня с облегчением и лёгким непониманием. Коул бросил раздражённый взгляд.
– Какого чёрта, Олеан? Он может убить нас всех, если у него есть ещё подобные штуки. Или, что хуже, убить тех, кто этого, мать его, не переживёт.
Звучит.
– Не стоит торопиться, господа, – я улыбнулся, подойдя к Дэмиану, и вырвал из его ладони руку Райана III. – Злодей и глупец в свой же капкан попадёт.
– Прекрасно, а если он не глупец? – Коул положил прибор на стол, нервно взъерошил волосы и закрыл глаза.
– Тогда бы он спрятал свои устройства получше. Идиот. – Я подошёл к столу Коула и прикоснулся к пульту. Тьма опутала предмет и вскоре поглотила его. – Теперь эта штука лежит в известном лишь мне месте. В безопасности. Ни Райан, ни Джонатан его не увидят. А у парня ведь… Просто раздвоение личности. Может быть, Джонни и не знал о том, что его альтер-эго устроил всё это. Видели его лицо? Это же два разных человека.
Райан III, наконец-то обретя свободу, бросился к двери и выскочил в коридор. На прощание он обернулся и злобно улыбнулся мне.
А к нам тем временем уже приближались шаги.
Эта проверка была не такой уж бессмысленной.
Райана-Джонатана перехватили люди, прилетевшие на вертолете прошлой ночью. Запретили выходить из комнат, а он нарушил приказ. Райан III на допросе сменился сконфуженным и испуганным до слёз Джонатаном, который умолял его отпустить и заверял, что ничего не помнит. По крайней мере, так гласили слухи.
Дрю просил брата больше не пугать его так очередными вспышками ярости на кого бы то ни было.
Коул же читал что-то на своём планшете про подобные аномальные изобретения.
Пошёл дождь, размывая снег. С погодой явно не всё было в порядке: только что замерзала вода в море, а теперь уже шёл ливень. Половинчатое солнце не особо располагало к нормальной среде обитания.
Проверка прошла весьма глупо и сумбурно. Да, Джонатана поймали, осмотрели и ничего не нашли, разумеется.
Я листал бумаги, сидя за своим столом.
Волк, Северный Олень, Конь… Как интересно. Давно уже не получалось их посмотреть.
Акула, Лис, Призрак…
И самая интересная папка.
Ворон. На каждой странице виднелись зачёркивания, местами присутствовала куча непрофессиональных исправлений, бумаги нуждались в перепечатке. Информация вся была полностью или частично ложной.
Ничего у них на меня нет. Идиоты. Кретины. Тупицы!
Я улыбнулся, откладывая кучу папок. Коул был необычайно тихим с самого утра, а потому я решил навестить его – не перерезал ли он там себе ещё вены, и если да, то почему так долго не воскресает.
Я отдёрнул штору и увидел спину спящего за своим столом Коула под тускло горящей настольной лампой. Ему бы следовало сменить лампочку.
Он спал прямо на своих чертежах с новым механизмом, новым сердцем для нашей Солнечной системы.
Заглянув в чертёж, я заметил новую пометку сбоку: «Использовать а. м.»
Аномальную магию.
И почему ты раньше не додумался до этого, идиот? Или, возможно, он имел в виду свою конкретно магию? Ты даже не знаешь, какая она у тебя, Коэлло Хэллебор.
Зато я знаю.
Я, вынув из его кулака ручку, добавил рядом с последней надписью: «Информация».
Поколебавшись немного, я взял с кровати плед и накрыл им Коула, потому что собирался открыть окно, а от холода он проснётся и снова начнёт мне мешать.
Я закрыл штору, выключив предварительно настольную лампу, и подошёл к окну.
Но курить мне не хотелось. Я поморщился, отвернулся и лёг в постель.
Крики ворун и стук аномального дождя по крыше и земле успокаивали, усыпляя лучше всяких колыбельных.
Я такой придурок.
Но после сегодняшнего я просто не мог не слушать. Не мог не подслушать.
Они точно обвинят меня. Они меня уничтожат.