Почему-то короткая и спокойная беседа со свекровью вымотала Елену сильнее, чем разговор с детьми. Выпив на кухне стакан воды, она вышла во двор. Вечерело. В воздухе плавал горьковатый аромат хризантем и дубков. На тёмно-синем небе словно огоньки вспыхивали крохотные звёзды. Шагая по дорожкам между деревьями, Елена пыталась утихомирить чувства, настроить себя на спокойный лад. Однако судьба сегодня не собиралась её щадить. Один за другим раздались звонки от друзей. Дмитрий удосужился и им быстренько доложить о предстоящем разводе. По мнению Елены можно было с этим чуть повременить. Повторяя кумовьям, крестившим Акси и Сашу, почти они и те же слова, она совсем выдохлась.
Вынужденная выслушивать слова поддержки и сочувствия, Елена ощущала себя несчастной брошенкой. Конечно, приятно знать, что дети, друзья и даже родители Дмитрия встали на её сторону. Только вот она не любила, когда вмешивались в её личную жизнь, не переносила жалости. Елена вдруг почувствовала себя перед всеми голой, как будто секреты и семейные тайны вывались из запертого шкафа, и теперь открылись взорам посторонних людей. К тому же так яро вставая на её сторону, они делали только хуже. Дмитрий, не принимающий и малейшего давления, теперь будет противиться любым попыткам его образумить. Как ребёнок, жаждущий получить вожделенную игрушку, пойдёт напролом вопреки здравому смыслу и только сильнее уверится в своих чувствах к новой женщине.
Глава 4
Глава 4
Дмитрий не представлял, что уйдя от жены, начнёт думать о ней чаще, чем прежде. А началось всё с обычного завтрака. Проснувшись утром зверски голодным, ещё бы вечером после трудных разговоров с родителями и детьми, ему было не до нормального ужина. Порадовавшись тому, что, вчера затарил холодильник продуктами, мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Уж что-что, а кашу, яичницу с беконом и безрукий приготовит, а он и подавно. У него отец всю жизнь проработал шеф-поваром, готовить это у них семейное. Просто раньше не возникала надобность проверять, а сейчас время пришло. Схватив самую маленькую кастрюльку, водрузил её на газовую печь, потом достал пачку с овсянкой. Почесав в затылке, понял: не имеет понятия, сколько наливать воды, какое количество сыпать крупы и как долго эта самая каша варится. К его удивлению на упаковке никакой инструкции не обнаружилось. За всю супружескую жизнь кроме жарки шашлыков, считал их приготовление чисто мужской привилегией, ни разу не побаловал Алёну личной готовкой. В отличие от родителя не имел к этому ни желания, ни охоты. Даже на восьмое марта для своих девочек предпочитал заказывать пиццу или роллы, полагая это вполне достаточным сюрпризом. Зависнув на пару секунд, к матери после вчерашней отповеди обращаться не хотелось, хмыкнул:
«Не унываем, есть великий и умный интернет».
Быстренько набрал на телефоне запрос. Прочитав, насыпал в кастрюлю несколько столовых ложек каши, добавил воды, чтобы под ней скрылась крупа, включил огонь под конфоркой. Напевая, отправился в ванную комнату приводить себя в порядок. Побрившись и почистив зубы, вернулся на кухню.
«Твою же за ногу!» – вскрикнул он, обнаружив, что часть каши вылилась на плиту, остальная булькала в кастрюльке, источая запах горелого. Выключив огонь, Дмитрий помешал ложкой серое склизкое месиво. Попробовав на вкус, сплюнул.
«Ничего. Всё норм. Сегодня обойдусь яичницей, потом разберусь, что не так с этой чёртовой овсянкой».
Положив на сковороду ломтики бекона, на другую конфорку поставил турку на огонь. Как только вода закипела, всыпал молотый кофе. Уж в его приготовлении он точно профи. Пока следил за кофе, упустил бекон, тот немного обуглился.
«Ничего яичница с дымком даже вкуснее», – утешил себя Дмитрий.
Разбив пяток яиц в сковороду, отвернулся на минутку, чтобы нарезать хлеб и налить кофе в кружку. Яичницу он любил без белковых соплей, с чуть прихваченным желтком, но без поджаренной подошвы. Редко, но иногда критиковал жену, если она упускала нужную консистенцию этого блюда. Уж он-то не упустит и сделает как надо. Поддевая вилкой «сопли» с желтков, проколол четыре штуки, и лишь одно получилось идеальным. Однако перекладывая готовую еду на тарелку, обнаружил: яйца снизу сильно зажарились. Усевшись за стол, попробовал первый кусочек, его как и кашу захотелось выплюнуть. Из-за горелого бекона яйца отдавали горечью, на вкус напоминали резину. Пришлось пить кофе с бутербродом. Сложив грязную посуду в раковину, Дмитрий бросил взгляд на часы.