“Эх, а ещё бы нужно помочь Матрёне насобирать травы, а то ведь закончились некоторые. – Знающие люди, особенно знахари да лекарки, верили, что именно в ночь на Купайло входят в силу чудодейственные и целебные травы, и никогда не пропускали такого события, делая запасы на весь год.
“Вот только когда я это всё успею? Ведь ещё нужно будет Ярослава очаровать, опоить и … – чуть не выронила крышку, с осуждением покосилась в сторону хихикающих девушек. – Вот ведь народ! Лишь бы позубоскалить. – Помешала сбитень, попробовала и от удовольствия прикрыла глаза. – Нет! Всё равно пойду. Вдруг повезёт, и найду цветок папоротника!”
Все знали, что именно на праздник Купайло расцветает папоротник. Ровно в полночь на стебле появляется почка, которая с треском раскрывается, и из неё распускается огненно-красный цветок. Человек сорвать его не может, но если увидит даже издалека, все его желания исполнятся; а вот тому счастливцу, кто всё же сумеет каким–то чудом завладеть им, огненный цвет укажет местонахождение всех кладов, как бы глубоко они ни были зарыты.
“Клады мне не нужны, а вот пожелание одно такое у меня имеется. Да и само зрелище стоит того, чтобы рискнуть и отправиться ночью в чащу лесную удачу пытать". – Вернула крышку на место и сдвинула чугунок с огня.
Подхватила сумку с баклажками и пошла к выходу, возле дверей обернулась, поблагодарила женщин за помощь и выскочила во двор. После душной поварни было приятно вдохнуть полной грудью чистого свежего воздуха. Остановилась и внимательно осмотрелась. Уж больно не хотелось ещё раз идти купаться. Показалось, что за углом мелькнул девичий сарафан.
“Нетушки, мыться больше не желаю! Да и вещей сухих не осталось. – Спустилась с крыльца и пошла в противоположную сторону. – И так приходится щеголять в сарафане Матрёны. – Мелькнула шальная мысль: подкрасться к тому, кто сейчас прятался за домом, ожидая её, и окатить водой из ведра, кстати вон и ведро стоит, видать, выставила одна из девушек, после того как помыла полы в поварне. – Не–е, пойду лучше венок себе сплету”.
Минуя площадь и стараясь не попадаться никому на глаза, она оказалась в княжеском саду, где со всех сторон доносилось пение.
“Правильно! Так и нужно плести венки: в каждое заветное слово вкладывать кусочек души своей”.
Не раздумывая, направилась к ближайшей группе девушек, но чем ближе она подходила, тем тише становилась их песня. Заряна не судила их, понимала, что была чужой здесь, поэтому сделала вид, что просто шла мимо.
Чтобы найти уединённое место, ей пришлось уйти намного дальше, чем она рассчитывала. Лёгкий луговой ветер донёс запах реки. Остановилась и прислушалась, не пел ли кто и там песни. Нет. Было тихо. Уверенно свернула в ту сторону. За кустами можжевельника оказалась небольшая заводь. Подошла и опустила руку в воду, прислушиваясь к своим ощущениям. В ночь на Купайло оживала и становилась активной вся нечисть: ведьмы, оборотни, упыри, русалки… Считалось, что в эту ночь колдуны да ведьмы с тёмным даром тоже справляли свой праздник, стараясь как можно больше причинить зла людям.
– Ничего себе! – вглядываясь в мутную воду, обратилась непонятно к кому Заряна. – Ночи, значит, дожидаетесь?
Что–то булькнуло за раскидистыми ветвями старой ивы, раздался весёлый смех, и через мгновение русалка вынырнула из воды, показав на поверхности лишь макушку, а глаза, похожие на омут, следили за травницей с любопытством.
– Не стоит! – Травница выпрямилась, на всякий случай убирая руку из воды. Над поверхностью показалось вся голова, водяная дева хищно улыбнулась. – Не по зубам я тебе.
Из воды показалось ещё три головы. Русалки с интересом осмотрели травницу, переглянулись между собой и поплыли к берегу.
– Это ещё что такое? – Заряна попятилась от воды. – Чего удумали, а? – Как она ни была уверена в себе, но всё же испытала страх, наблюдая, как девы неумолимо приближаются к берегу. – Совсем ошалели!
Медленно опустила поклажу на землю, развела руки ладонями кверху, обращаясь к солнцу ясному, и начала плести заговор против русалок: спеленать их словом заветным так, чтобы дальше заводи и носа не могли казать.
– Не нужно! – прошептала русалка, которая первой показалось над водой. – Мы ведь так просто, пошутили.
Водяные девы теперь смотрели на травницу с опаской и приблизиться больше не пытались.
– Пошутить хотели, значит? – Заряна опустила руки. Девицы дружно кивнули. – Нужно прежде думать, с кем можно шутить, а с кем нет.
– А мы почувствовали, как твоё сердечко ретивое бьётся, – прошептала дева, которая была ближе всех к берегу. – Так обычно бывает только от неразделённой любви.