“Нет, так не пойдёт! Нужно взять себя в руки, а то от меня вон уже люди шарахаться начали”.
Заряна влетела в дом и сразу прошла к себе в комнату, совсем не замечая, что лавка, на которой лежал Бажен, теперь пуста. Достала свой лучший наряд – тот самый расписной сарафан, где в вышивке гармонично переплелись все оттенки алого, смородинового, макового, брусничного цвета. Любовно разложила на кровати, а рядом пояс и головной убор. Вытащила сорочицу, которую только недавно сама закончила вышивать. На левом предплечье красовались три незамысловатых луговых цветка: клевер, лютик, василёк. Поднесла к губам и поцеловала. Отправила к сарафану и принялась собирать свою дорожную сумку.
Матрёна остановилась в дверном проёме и удивлённо наблюдала, как девушка мечется по комнате, собирая вещи.
– Что происходит? – тихо поинтересовалась женщина, вытирая руки о передник.
– Всё хорошо! – В голосе прозвучала наигранная веселость. – Я завтра уезжаю домой. – И сразу же перебила Матрёну, которая собиралась возмутиться. – Но сначала я сделаю то, что ты советовала.
– Да кто же тебя после этого отпустит?
– Отпустит! У него просто не будет выбора. – Заряна сложила сорочки и сунула в сумку.
– Не пойму, о чём ты. – Женщина прошла в комнату и тяжело опустилась на табуретку возле окна, в ожидании объяснений посмотрела на свою ученицу.
– Ярославу предстоит взять в жёны Анисию, всё уже давным–давно сговорено.
– Откуда такие вести? – Матрёна наклонила голову набок и задумалась о чём–то. – Насколько я знаю, не было такой договорённости.
– Мне Наволод сказал, – Заряна сняла с себя сарафан наставницы и простую повседневную рубаху, – только что. – Надела свою сорочицу и распустила волосы. – Его ко мне сам князь Белозер послал.
– Не верю! – Наставница поднялась. – Нужно поговорить с Прасковьюшкой. – Строго посмотрела на свою ученицу. – А ты не пори горячку, чтобы потом не жалеть. Утро вечера мудренее. Завтра с утра всё и выясним, сейчас вряд ли мне удастся застать её одну.
– Хорошо, – согласилась Заряна, решив не спорить, а втихомолку сделать по–своему. Надела сарафан и повернулась к Матрёне. Женщина застыла на месте, не в силах отвести от неё взгляд. – Поможешь волосы собрать у висков? Хочу, чтобы распущенными оставались.
– Никуда он тебя не отпустит, помяни моё слово. Даже думать забудь об этом! – Наставница взяла гребень со стола и подошла к ней. – Садись, я тебе колоском голову оплету, а нижние пряди оставлю свободно спадать.
– Спасибо. – Заряна присела на табурет возле Матрёны. – А я потом ещё в лес схожу, мне венок сплести нужно.
***
Летний день медленно клонился к вечеру. Лёгкий ветер развевал ленты, привязанные к колесу на шесте, что высился в центре ещё не зажжённого главного костра. Вокруг в хороводах кружили юноши и девушки. Играла музыка, звучала песня, восхваляющая ясно солнышко, а волхвы чуть поодаль готовились зажечь “живой огонь”, добываемый с помощью трения дерева об дерево. Вставши в круг, они читали слова заветные, пока мужчины селения совместными усилиями по очереди пытались добыть искру из сухой древесины. Хоровод кружился всё быстрее, песня становилась громче, а со своих мест поднимались старики со старухами, которые специально собрались на поляне, чтобы увидеть рождение очистительного огня да понаблюдать за молодёжью.
Мелодия изменилась, теперь в ней слышалась грусть и печаль об уходящем дне. Девушки просили солнце, чтобы оно вновь вернулось завтра, а сегодня подарило частицу себя в виде священного огня.
К трухлявому пню подошёл младший сын кузнеца, опустился на колени и ждал, пока передадут ему очередь попытать удачу. По лицу мельника пот струился градом, не хотел он подвести народ, но заветная искра никак не высекалась. Встретился взглядом с кузнецом, молча кивнул ему и отошёл в сторону.
– Да где же она? – Ярослав места не находил, все глаза проглядел. – Чего же не идёт?
– Придёт. Куда она денется. Ни одна травница не пропустит такую ночь. – Светозар поправил на себе расшитый пояс. Он с беспокойством следил, как медленно уходит солнце за горизонт, перевёл взгляд на сына кузнеца, на его сильные руки. – Давай, Егорка! Сейчас солнце сядет, а костёр ещё не горит. Давай!!!