– Нет.
– Тогда скажи – чей.
– Мой.
– Значит, всё-таки, мой…
– Не вижу логики. – Ксюша лежала неподвижно.
– Ты бы уже сказала, от кого, если бы это был кто-то еще. А раз не говоришь, значит от меня. Но ты не хочешь, чтобы я знал, так?
Ксю молчала.
– Хотела съехать отсюда хрен-знает-куда, чтобы я вообще не узнал об этом, да?
Илья начинал злиться. Когда думал, что с ним могли вот так поступить. Мелькала мысль, что так было бы лучше для него, возможно. Но теперь, когда он знает, это приводило его в ярость. Ксю по-прежнему хранила молчание.
– Скажи! – он слегка встряхнул ее.
– Что тебе сказать?
– Правду, блин! Ксень, не зли меня!
Тут она вырвалась и снова вскочила с кровати.
– Знаешь что, это ты меня не зли! Мало того, что завалился без приглашения в мой дом, улегся в моей кровати голый, облапал, так теперь еще и ультиматумы ставишь! Иди ты в ж…!
Она стряхнула одеяло с кровати, скомкала в руках, как могла, и направилась к выходу из спальни.
– Ты куда? – без одеяла кровать казалась огромной и холодной.
Ксю не ответила. Обиделась… Ну, он тоже не святой! Сколько можно терпеть эти ее выкрутасы! Все равно ведь всё узнается рано или поздно! Не она, так анализ крови скажет, что к чему! Вот коза! Зла на нее не хватает!
Речинский встал и направился за ней. Не торчать же одному на этом траходроме!
Кения негодовала! Нет, ну вы посмотрите на него! Он лезет везде, где надо и где не надо, а она его, видите ли, злит! Пипец-припипец! Цензурные слова кончились!
С трудом спустившись с комом одеяла вниз, не включая свет, она плюхнулась на диван и попыталась закуклиться. Сверху послышались босые шлепки. Второй час ночи, а они ходят туда-сюда! Выгнать надо было его взашей! А она всё почему-то спорить с ним боится.
Боится?
Ничего она не боится! Вот он сейчас подойдет, она ему и скажет, чтоб выметался!
Ксю насупилась в ожидании. Но никто не подходил. Слышала, как спустился, но в гостиной не появлялся. Куда это он затерялся там?
Стараясь не шелестеть пододеяльником, Лесина замерла в попытке угадать действия своего незваного «татарина». Но ни на кухне, ни из гостевой ванной на первом этаже, ни из прихожей не доносилось ни звука.
Блин! Куда он делся, интриган чертов?!
– Илья? – позвала негромко.
Парень тут же вынырнул из-за косяка:
– Так и знал, что ты меня позовешь. – не поднимая головы, взгляд был устремлен в светящийся экран мобильного телефона.
– Пошел к черту!
– Не-а.
– Я серьезно! Надевай своё барахло и езжай домой!
Речинский положил телефон на ближайшую поверхность и направился к ней. Бесцеремонно развернул ее кокон и, не раздумывая, быстро, преодолевая сопротивление ее рук и разворачивая к себе спиной, улегся рядом.
– Илья!
– Я уже здесь, – шепнул он ей в шею, вызвав мурашки.
– Я тебя выгоняю!
– Поздно. Спи.
– Я не могу так спать. Мне тесно!
– На широкой кровати тебе тоже что-то не нравилось.
– Жарко!
– Да, я такой.
– Илья! Кончай этот детский сад!
– Ксюш… если я кончу, а я могу… ты знаешь… тебе придется тоже…
– Детский сад!
– Не повторяйся.
– Пошли тогда уж лучше наверх!
– Ты меня приглашаешь в свою спальню?
– Идиот!
– Утром разберемся. Спи. Не елозь.
– Похотливый самец!
– Перечисли сразу все эпитеты и мы, наконец, уснем. Иначе…
– Ничего не будет!
– Уже не могу обещать…
– Мы идем наверх или нет?
– Тут прикольнее.
– Илья!
– О, Господи! Почему с тобой так трудно? – он начал вставать.
Ксю взвилась:
– Со мной трудно?! Так иди, я тебя не задерживаю! И вообще не звала! Всё, давай, выметайся из моей кровати, моего дома и моей жизни!
– Тсс… – он подхватил ее на руки, с трудом зацепив еще и одеяло, и направился к лестнице.
– Ты всё равно уйдешь! – приказала она.
– Утром. Да.
– Я не буду с тобой спать!
– Просто полежишь.
– Ты всегда говоришь последнее слово, да?
– Ну… – Парень уже входил в спальню. – Я… активней, живей, моложе?
– Ты младше!
– Не так, чтобы сильно.
– На шесть лет! – Ксю уже заматывалась в одеяло.
– Неполных. Мне через месяц – двадцать один.
– И тем не менее.
– Зато лет через тридцать ты будешь гордиться, что подцепила молоденького, тогда как все твои подруги будут жаловаться на старых пердунов!
– А ты типа будешь сильно младше?
– Ну, мы же с этого и начали, разве нет?
– Там в шкафу есть еще одно одеяло. Возьми его. – Ну, да, она перевела тему. Но его, похоже, не переспоришь, а насущные проблемы важнее.
– Под одним теплее! – Илья опять без спроса забрался к ней и обнял. – Спи. Я не буду тебя трогать… за стратегические места.
Глава 47 Новогодние планы
Утро было ранним. Для Ильи, который вроде и привык вставать рано на учебу, сегодня семь утра показались совершенно издевательскими. Ксюши рядом не было. Но вот так, в чужой постели и в одиночестве, но зная, что она всю ночь была где-то тут, лежалось лучше, чем в своей кровати, которая никогда не знала женского тела.
Постойте! Знала. Та же Ксю не так давно спала у него, но тогда было не то.
Надев всё, что навалом лежало около зеркала черной кучей, Илья умылся, взъерошил пятерней волосы и вышел из спальни. Ксю нашлась на кухне, где заваривала чай и нарезала всё тот же кусок сыра, который они не доели вчера.
– Привет, – поприветствовал он ее.
– Привет.
Она обернулась, чему-то грустно улыбнулась и продолжила прерванное занятие.
Черт, как-то неловко получалось у них. Третья ночь, а утро, такое, чтоб вместе – первое.
– Ты все еще не пьешь кофе? – спросил просто так, чтобы не затягивать паузу.
– Нет.
– Почему ты так рано встала?
– Мне на работу.
– Сегодня же у всех выходной! – он был рад хоть такому разговору, и это удручало.
– У бухгалтеров новый год – это отчетный период.
Снова молчание. Илья шагнул к ней, но что-то в ее позе настораживало. Ксю часто дышала и жмурилась.
– Тебе нехорошо? – заглянул ей в лицо, но девушка отвернулась.
– Нормально…
– Сядь, я сам нарежу, – дотронулся до ее локтя.
– Всё хорошо, я же сказала, – раздраженно отпихнула она его.
– Ксень?
Она в ответ лишь еще раз зажмурилась и покачала головой.
– Тошнит? – Догадался Речинский.
Покивала.
Сжав челюсти, он отвернулся и сел за стол. Что в таком случае надо делать, он не знал и надеялся, что сама она прекрасно знает, как себе помочь. Боясь спровоцировать ее на новый взрыв негодования, он мог лишь молча наблюдать, как она из последних сил крепится.
– Когда ты жила у нас, я не замечал, чтобы тебе было плохо.
Лесина шумно вздохнула через нос и ответила:
– Я… хорошо ужинала. Не было заброса желчи в желудок…
Речь мало чего понял, кроме того, что ей надо было вчера хорошо поесть, чтобы сегодня не было такого состояния. А она еще упрямилась! Вот сегодня он… Блин! Сегодня ж канун Нового года!
– Где ты празднуешь Новый год? – спросил и замер. Он понятия не имел о ее планах!
– С твоим отцом. Я обещала ему.
В Илье проснулась необузданная ревность. С отцом! Ну конечно! Один не упустил шанс надавить на жалость, а вторая не смогла отказать! В итоге они будут всю ночь тусить на пару, пока он вкалывает в «Листе» до шести утра! Охренеть!
– Что, больше никто не пригласил? – язвительно уточнил он.
Ксюша повернулась, удивленная резким переходом от заботливого тона к агрессии.
– Всем остальным я отказала! – выплюнула она в ответ.
– А если я позову? Со мной в баре отметишь. Будет весело! – Он понимал, что тащить ее – беременную – на всю ночь в шумную пьяную толпу совершенно не дело, но не мог просто так принять, что его отец, а не он будет рядом в такой момент. «Как встретишь, так и проведешь»! Что же получается, она встретит Новый год с отцом, а не с ним, и весь год…