Глыба наконец-то упала, даруя нам призрачный шанс на спасение. Гавел мигом подтянулся и поднял Павла. Шурды рванулись, но им перекрыл путь Барон. Он успел срубить голову одному прежде, чем копья пробили его тело.
— Филин, давай руку!
Гавел схватил меня и уже приподнял, как заметил, что происходит у входа.
— Без обид, своя шкура дороже.
Пальцы Гавела разжались, и я приземлился на камни, ударяясь спиной.
— Уходииии!
Последнее, что успел сказать Красный Барон, прежде чем шурдский топор пробил ему голову. Не знаю, что помогло мне больше, страх или желание вырвать кадык Гавелу. Но я сделал лично невозможную для себя вещь. Подтянулся на одной руке, зацепившись лишь кончиками пальцев. Перекинув своё тело за долю секунды, перед тем как волна одержимых шурдов нахлынула на то место, где я стоял.
Желания узнать, как скоро они смогут подняться, у меня нет. И я рванул в единственном возможном для себя направлении — к балкону, перемахнув через перила, по крыше, на дерево, а затем на землю. Бежать меня смотивировала не только угроза жизни, но и виднеющаяся в нескольких сотнях метров впереди спина Гавела.
Минута, вторая, третья… Двигаюсь на пределе своей скорости. То ли по глупости, то ли желание верить в чудо неискоренимо, я обернулся и осознал, что мне плевать на предел возможного, но я должен ещё ускорится. За мной бежали шурды всего в четырёх десятках метров позади. Абсолютно безмолвно … это было по-настоящему страшно.
Постепенно я стал нагонять двойку уже бывших товарищей, лавируя меж улицами и пробегая насквозь руины. В какой-то момент Гавел осознал, что оторваться от обычных шурдов нам не удалось, что уж говорить об одержимых. На ходу выхватив саблю, он рубанул Павла по ногам. Тот упал, по инерции пролетев ещё несколько метров, прежде чем его остановила твёрдая поверхность одной из стен. Он умер сразу, ведь, как известно, люди не живут со сломанной шеей.
Внезапная халява в виде неуклюжего человека заняла шурдов ровно на пару секунд. Облепив тело словно мухи, они со звериной яростью начали наносить удары, кто чем: ножами, камнями, кусали и рвали плоть Павла. Этого мне хватило, чтобы скрыться в переулке, Гавел же продолжил бежать по старому маршруту. Оторвавшись от тела, большинство бросилось за ним. Большинство, но не все. Четверо отстающих видимо учуяли, что второй человек ушёл другой дорогой, и решили попытать удачу со мной.
Что мне делать? Бежать? И долго ли я так смогу? Не похоже, что они в этом состоянии испытывают усталость. Тогда остаётся принять бой, вот только их четверо, а я чувствую, что даже один мне в открытом бою вряд ли по силам. Тогда нужно найти подходящее место, и как можно скорее. Ноги уже ощущаются сплошными деревяшками.
Великая госпожа удача сжалилась надо мной через полкилометра. Впереди показался двухэтажный дом с пристроенной десятиметровой башней с плоской крышей. Последние ступени узкой лестницы без перил я преодолел ползком. Вывалился на крышу. Один из шурдрв начал стаскивать меня с неё, вцепившись зубами мне в ногу. Прикладывая капли оставшихся сил, попытался его скинуть. Но куда там, тварь только сильнее вгрызлась в мясо словно бульдог, пытаясь её разорвать, бью ногой вместе с шурдом о стену, затем несколько раз бью его клинком в спину. Обмякшее тело скатывается по ступеням, сбивая остальных преследователей.
Сорвав с пояса арбалет, креплю тетиву к крюку и с силой натягиваю, высыпав на пол болты. Хватаю один, едва успеваю наложить его, прежде чем шурд полностью вбежал на крышу. Выстрел! Болт входит точно в глазницу и шурд тихо рыча падает на бок. Снова тетива, крюк, натянуть, болт и приготовиться к стрельбе. Проходит несколько секунд, но никто не появляется. Внизу отчётливо слышна возня. Уже прошло пятнадцать секунд. Возня прекратилась, слышны только чавкающие звуки. Они что там, друг друга жрать принялись?
Но вот и они затихли. Сжав арбалет двумя руками, прицелился как можно лучше, но от напряжения руки всё равно трясутся. Ну давай, тварь, вылезай! И она вылезла! И я клянусь всем, что существует во вселенной, лучше бы это был шурд. Выпущенный болт ушёл выше. Я не попал. Сознание не выдержало такой издёвки судьбы и потухло.
Глава 6
Зажав нос, мне в глотку вливали удивительное вещество. По консистенции жидкость, но по ощущениям и проходимости как битое стекло, оно резало рот и рвало пищевод. Не способный вдохнуть, я с трудом глотал эту дрянь чтобы мои трепыхания не мешали. Ноги перетянули ремнями, а единственную руку привязали к телу. Закончив, меня оставили. По телу начал расходиться жар, в желудок словно камней напихали, а голову стянули обручи боли.