Услышав это, стоящий в толпе Коба закричал-«Фууууу, хнида пофорная». Его тут же поддержали остальные люди криками-«Накажите его». «Надо повесить за то, что он сделал» «Он опасен! Не ровен час, с шурдами снюхается» «Вот тварь, как так можно?! Проваливай из лагеря!!!» «Нам такие здесь не нужны!» «Уходи! Уходи! Уходи!». В мою сторону начал лететь мелкий мусор и камни.
— Мля, Фей, Гавел, все только вас и ждут! — Вышедший из здания Гром недоумённо посмотрел на происходящие. — Что здесь происходит?
— Ничего, прости нас за задержку. Пошли, обсудим наши дела. — Гавел по-дружески хлопнул Грома по спине, уводя обратно.
— Люди!!! Расходитесь! Ну же, идите! И будьте готовы услышать решение совета! На этом всё! Расходитесь!!! — Вставший на верхнюю ступеньку Фей быстро отправил людей подальше.
Они охотно подчинились. На драку посмотрели, спор послушали, виновного нашли. Им тут делать больше нечего. Пойдут сейчас распространять сплетни и слухи. Остальные в этом охотно поучаствуют, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей.
Доигрался, Марк? Рыцарем себя почувствовал? Защитником справедливости, борцом за всё хорошее против всего плохого? Каковы мотивы были? Неужели посчитал себя избранным и решил, что в другом мире ты можешь сменить масть в колоде? Запомни раз и на всегда. Никем родившись — никем и сдохнешь!
— Филин, брат, ты меня спас. Я и моя родня всегда будут тебе благодарны. — Абдул стоял в стороне, держась за рёбра.
— Не упёрлась мне твоя благодарность! — Злость внутри так и клокотала. На себя за то, что не смог засунуть собственную гордость. На грёбаного хань-ца, чтоб его разорвали шакалы. И на Абдула, оказавшегося просто мошенником, которого проучили за дело.
— Не огорчайся. Тэперь для тебя у мэня всегда будэт скидка. Ааа, не плохо же!
— В следующий раз тебя убьют. — Теперь спокойнее сказал я.
— Как убьют? За чьто убьют? Абдул честный торговец!
Он сейчас серьёзно? У него ещё кровь на губах не запеклась, а он уже забыл о том, что с ним случилось.
— Ты обманывал людей, забирая их вещи.
— Я никого не обманывал! — Взвился торговец. — Этот, этот, этот… нехороший человек, шайтан его забери, оговорил Абдула! Да, я выменивал вещи, но всегда давал честную цену. Он так сказал из-за того, что я отказался работать на него.
— В каком смысле работать?
— Вчера ночью он пришёл к Абдул и говорит, что хочет, чтобы все сумки, фляги, оружие, шурдские необычные предметы отдавал только ему. Я ответил, что готов пойти на это, но он тогда должен давать хорошую цену без задержек. А он сказал, чито не будет мне платить. Мол это требование совета и если я хочу продолжать торговать, то должен подчинится. И ещё сказал, что должен сообщать ему о тех, кто хочет получить оружие и необычные вещи. Рассказывать о всех необычных разговорах, которые услышу. Я конечно же сказал твёрдое, нэт! Абдул не стукач и не станет доносить на клиентов. Уходя он предупредил меня, что я пожалею об этом. А сегодня пришли эти трое, разогнали покупателее, избили мэня, моых работников, пэрепортили почти весь товар. Хорошо самое ценное было спрятано. Если бы не ты, брат, мне конец. Спасибо тебе!
А не работает ли он на правительство? Стоп, он говорил о том, что у них теперь есть карта. Неплохой инструмент давления в нынешней ситуации. Нужно узнать о чём они сейчас говорят и попытаться сравнять счёт. Быстрым шагом я направился в здание совета.
— Подожди, подожди, Филин! У меня кое-что есть для тэбя! Стой! —
Абдул кричал мне в след, но мне сейчас не до него и его благодарностей.
На входе в башню стояло трое. Подпирая стену, они зевали лениво переговариваясь. Ленивая охрана, это хорошо. Только бы он сработал.
Использовать медальон «мерцающий силуэт»? Да / Нет.
Применив его, я увидел появившейся таймер, отчитывающий три минуты. Выйдя из-за поворота, встал прямо напротив охранников. Один из них посмотрел прямо на меня и… отвернулся. По спине скатилась капля пота. Пройдя на расстоянии вытянутой руки от них, поднялся наверх.
— … и что вы предлагаете, вот так просто угробить почти три сотни человек!? — Гром был в бешенстве.
— Товарищ, не стоит так реагировать. Три сотни погибнет — тысяча уцелеет. Хороший размен. Не стоит забывать, что эти люди сами решили не присоединятся к нам. Значит они сами по себе. Никто их на убой не отправляет как вы выразились. Просто они двинутся более опасным путём. Их жизни в их руках.
— Гавел прав. У нас нет времени заботится о каждом и разрабатывать новый план. Петля вокруг нас всё туже. — Фей спокойно стоял, рассматривая карту.
— Тебе легко говорить, все азиаты примкнули к какой-то из групп. — Не успокаивался Гром.
— Не стоит смотреть на это под таким углом. Ещё разногласий на расовой почве нам не хватало. То, что жители востока оказались более едины — всего лишь особенность менталитета.
— Вы осознаёте, что своими действиями подвергаете угрозе тех, кто прибудет дальше? Господь всё видит и вам этого не простит! Моя паства никуда не уйдёт с этого места! Мы останемся, неся свет господень! — Твёрдо, без доли иронии, заявила Евдокия.
— Ваше право. Но твоё влияние на них слабо. Завидев шурдов на горизонте, твоя паства сразу разбежится. — Не отрываясь от карты произнёс хань.
— Прекратите! Сами говорите о нехватке времени, а тратите его на пустую болтовню. Фей, в каком порядке мы будем уходить? Хочу сказать сразу, мои люди должны идти в числе первых. — Безапелляционно заявил индус.
— С чего бы это?! Чем твоя группа лучше?! — Набычился какой-то араб.
— Полностью поддерживаю. Думаю, первой должна идти моя группа, как самая многочисленная. — Встрял в разговор ещё один азиат.
Фей бросил на говорившего презрительный взгляд, а его губы что-то беззвучно произнесли.
— Раз сложилась такая ситуация, то всё должен решать жребий. — Спокойно произнёс Кирито.
— В этом нет нужды. Наши группы выдвинутся почти одновременно. С разницей не более пятнадцати минут. Отличие будет только в номере тропы. Сразу скажу, что путь по всем тропам составляет примерно одинаковое время. Кроме пятой, она самая длинная. Насчёт опасности думаю говорить не стоит. Все и так понимают, кого мы там можем встретить. Всем всё ясно? — Общее молчание и внимательные взгляды. — Тогда я продолжу. — Фей ткнул пальцем в карту, разложенную на столе. — Прошу, подойдите ближе. Только не толкайтесь. Как вы видите, у нас есть достаточно качественно разведанный маршрут. За что мы должны благодарить господина Гавела. По первому пути сразу после обсуждения отправится Гавел и его группа, как самая малочисленная и самая организованная. Затем, по второму пути, пойдёт Рамсес, по третьему — отправлюсь я и Амрит одновременно. Шихуан-ди — по четвёртому. Кирито выйдет одновременно с ним, используя второй путь. Гром, ты можешь отправляться почти сразу за последней группой по первому пути. Только пусть твои люди наведут немного шума.
— Вряд ли после нашего ухода это потребуется. — Мрачно отозвался Гром.
— А ты никого не забыл? — Вновь подола голос Евдокия.
— Нет, никого. Ты ведь решила остаться здесь вместе со своей паствой.
— Богу угодна жизнь проводника его воли. Мне дозволено идти, дабы в дальнейшем привести больше заблудших душ к его вратам.
— Как же маяк, который ты установила?
— Угодные богу и так примкнут ко мне.
— Какой в вас, однако удобный бог. — Хань ехидно улыбнулся.
— Твой язык сгниёт за богохульство.
— Думою мне это не грозит. Отправляйся всеете с Громом. Можешь выбрать или вторую, или третью тропу.
— А что делать с теми, кто так ни к одной из групп и не присоединился? Они ведь увяжутся за нами. — Заговорил араб, которого вроде бы назвали Рамсесом.
— Об этом не стоит беспокоится. Я и Гавел позаботились и об этом. В лагере есть наши агенты. Они будут успокаивать людей убеждая остаться пока хотя бы не уйдут первые три группы. Затем, «бумажные» лидеры с которыми мы договорились, соберут людей и направят их по пятому пути.
— Объясни Фей, зачем так делать? Пусть тащатся за нами. Какая разница? — Подал голос Кирито, оторвавшись от разглядывания карты.