— «Иллюстрированный ежедневный курьер», я эту газету выписывал. Почтальон из Тлустого мне ее домой приносил. А знаете, какого года эта газета? 27 марта 1939 года! А почему я ее храню? Потому что в ней записано старое предсказание, что с нашей Польшей будет! Да, да, панове! Послушайте. Называется это так: «Предсказание из Тенгобожи»
Мантерыс поднял голову. Вокруг него стало еще теснее. Люди из Червонного Яра в набожной тишине слушали предсказание. Мантерыс читал дальше:
Закончил чтение. Старательно сложил пожелтевшую газету и спрятал за пазуху. Ошеломленные люди в молчании расходились по бараку.
Ян Долина вышел подышать свежим воздухом. Предутренний мороз щипал ноздри, перехватывал в груди дыхание.
Таинственно шумела вековая тайга. Трещали замерзшие деревья. Чужой враждебный мир вокруг. А еще так недавно была Польша, была Тося, дети радовались подаркам под елкой, был свой теплый уютный дом… Калючее еще не спало. Из бараков доносились приглушенные колядки:
Долина невольно взглянул на небо. На востоке несмело рождалась предрассветная заря. На западе — непроглядная темень. Это где-то там, за тысячи километров от Калючего, находится Польша. «Раскинется Польша от моря до моря, ждать вам придется полвека…» Во сне — призрак, в Боге — вера; предсказания, ворожба… Но страшные слова — «полвека, полвека, полвека» — больно стискивали голову своей беспросветностью…
Часть вторая
ЛЮДИ ТАЙГИ
1
Однажды небывало темной майской ночью жители Калючего заметили на противоположном, низинном берегу Поймы далекое зарево. Зарево появилось низко над горизонтом, расплывалось по небу, росло на глазах, меняя цвет, как радуга: от светло-желтого до свекольно-красного, поминутно стреляя сверкающими фонтанами, клубилось, волновалось, как штормовое море. Кое-кто подумал, что это полярное сияние, в этих холодных краях явление вполне возможное. Однако большинство собравшихся на высоком берегу Поймы, а они все прибывали, не сомневались, что где-то там далеко что-то горит.
— Тайга горит! — развеял все сомнения бригадир, здешний сибиряк, и тревожно добавил: — Пожар в тайге хуже мора. А не дай Бог, ветер повернет в нашу сторону…
Тайга! Это не обычный лес, с детства знакомый каждому поляку, в который можно отправиться на воскресную прогулку, где так приятно собирать цветочки, ягоды и грибы. Лес, заблудившись в котором, в какую сторону не пойдешь, самое позднее через час, через пару километров выйдешь на твердую дорогу, доберешься до ближайшего жилья. Тайга — это сотни, тысячи километров вековых угрюмых дебрей, где замшелые усохшие деревья, отжив свой век, падают на землю, создавая непреодолимые завалы. На перегное упавших деревьев разрастаются густые беспорядочные молодняки сосен, елей, лиственниц и кедров. Тайга карабкается на высокие склоны, спускается в долины полноводных рек, к которым спешат со всех сторон многочисленные речки и ручьи. В тайге, особенно в старых речных поймах, нередко встречаются места, где километрами тянутся мрачные, поросшие замшелым карликовым сосняком, испещренные островками спутанных корней, «кочками», вероломные болотные трясины. Не приведи Господи, когда в тайге вспыхивает пожар!