— Я тоже старательно проанализировал все сплетни о Воркуцком, — добавил майор. — Говорят, что он любит заработать. Но это еще не грех. Зато никто и никогда не обвинял его во врачебной некомпетентности. Доктор не халтурит в своей работе. В семье отношения нормальные, только дочка страшно избалованная. Словом, все более или менее в пределах нормы.
— Может быть, к Воркуцкому должен был кто-нибудь прийти? Какой-нибудь преступник, за которым следил Квасковяк?
— Можно предположить все, что угодно. Но боюсь, это нас слишком далеко заведет. Во всяком случае, за доктором надо понаблюдать. Дело затягивается, но мы не можем пока предпринимать никаких конкретных шагов.
— Продолжайте, майор, в том же духе. Посмотрим, что из этого выйдет. А что касается местной шпаны, то впредь старайтесь действовать не в духе боксерских правил, а согласно правилам Уголовного кодекса. Хорошо?
— Так точно, гражданин полковник! — Неваровный вскочил и щелкнул каблуками.
Оба офицера рассмеялись.
— Держись, Бронек, да и о себе тоже думай время от времени. Ты слишком много работаешь.
8
Происшествие в школе
Как только майор Бронислав Неваровный увидел входившую в кафе Ханку Нелисецкую, он мгновенно понял, что она подсядет к его столику и скажет что-нибудь неприятное. Предчувствие его не обмануло. Поздоровавшись с хозяйкой кафе, пани Ханка направилась к Неваровному.
— Вы, конечно, мечтали о моем обществе? Можно присесть?
— О, конечно! — ответил майор, да и что он мог сказать?
— Офицеры милиции должны научиться лучше скрывать свои чувства. Ваше лицо светится такой радостью, что… Впрочем, не расстраивайтесь, я на минутку.
— Уверяю вас, в моей жизни случались и худшие моменты.
— К сожалению, жизнь вас ничему не научила.
— Почему же?
— Сидите себе и гадаете на кофейной гуще, кто убил бедного Квасковяка. Или вы надеетесь, что все сами будут приходить к вам, чтобы поделиться своими наблюдениями и сомнениями, а также подозрениями в связи с убийством? Ничего не выйдет. Они вам улыбаются, пожимают руку, случится, пригласят сыграть в бридж или на рюмку водки, но не больше. Вы для них если не враг, то чужой, который только и делает, что шпионит за ними. Они вас никогда не признают своим, разве что через много лет. А пока что вся Подлешная гудит от разговоров, вы же со своей милицией ничего не знаете. Вот какой вы Шерлок Холмс!
— Что случилось?
— Спросите у своих приятелей. О, пришел инженер Белковский, мне надо с ним поговорить. До свидания. Очень приятно было с вами поболтать. — Нелисецкая встала и отошла с довольным видом. «Блефует баба», — решил майор и заговорил с магистром Хрустиском, заведующим местной аптекой, в этот момент зашедшим в кафе. Провизор был человеком разговорчивым, в чем майор уже неоднократно убеждался, а как аптекарь, он знал множество сплетен.
Действительно, рот магистра не закрывался. Понизив голос до шепота, он сообщил собеседнику, что между хорошенькой официанткой и инженером Белковским произошел окончательный разрыв. Причина этого — сержант Михаляк. Он так заморочил голову бедной Эле, что дело, судя по всему, идет к свадьбе. Это вызвало всеобщее удивление: что за партия для красивой девушки стать женой сержанта милиции?! А ведь Белковский очень богатый человек. Это он одел Элю Дорецкую, не говоря уже о том, что купил ей кооперативную квартиру. Правда, он, Хрустиск, не осуждает девушку: сам двадцать семь лет назад женился на красивой бесприданнице и никогда об этом не жалел. Возможно, Эльжбетка поступила правильно, сменив богатого, но старого химика, на красивого мужчину в милицейском мундире.
— Всякое в жизни бывает, — поддакнул майор, чтобы что-нибудь сказать, — у каждого свои заботы.
— Вот именно, дорогой пан, вы это очень верно подметили. Такова, например, Мария Ковальская. Казалось бы, чего ей не хватает для счастья? Отличная вилла, денег хоть отбавляй. Правда, вдова, но ведь и развлечений ей хватает. — Аптекарь многозначительно подмигнул. — И столько хлопот с сынками…
— И в кого они только уродились? — подхватил Неваровный.
— Я тоже об этом думал. Пан Ковальский, мир праху его, был порядочным человеком, а сынки — настоящие лоботрясы. Недавно младший вытащил у матери из сумочки две тысячи злотых и истратил их на пластинки. Старшего снова выгоняют из школы. Уже из третьей или четвертой.