Визит молочника привел майора в отличное настроение. Его предположения подтвердились. Приближался момент решающей встречи с бандой, с убийцей старшего сержанта Квасковяка. Теперь Неваровный был уверен — последнее звено цепи найдено.
Он знал также, как будут развиваться события на следующий день, и готовился к ним. Готовился без страха, но вместе с тем понимал, что самая трудная роль в этой операции достается ему.
Пока не стемнело, он еще раз обошел улицу Акаций. Потом долго чистил пистолет.
В девять вечера к майору явились два милиционера: капрал Неробис и капрал Анджей Садовский. Комендант лично проверил состояние их оружия. Позднее все трое отправились на обход. Прошли по Малиновой, Розовой и Акаций, вернулись в отделение. По пути майор дал своим людям детальные указания на следующий день: следовало учесть и непредвиденный ход событий.
До поздней ночи Неваровный писал рапорт полковнику. Документ был запечатан в конверт с надписями: «Секретно» и «Вручить полковнику лично в случае моей смерти».
16
Удара не последовало
Ночь была темной. Когда молочник выехал с Березовой и остановился у калитки дома на улице Акаций, со стороны пустыря к нему двинулась какая-то тень. Неваровный, одетый в свою неизменную куртку и шапочку, подошел к тележке.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе утро, — тихо ответил Зборковский. — Вы пока прогуляйтесь по Березовой, а я дойду до дома Белковского, проверю, все ли в порядке, и вернусь.
— Отлично, — согласился майор.
Через пять минут Зборковский появился снова.
— Порядок, — сказал он. — В гараже горит свет.
Крадучись, они подошли к дому Белковского. Калитка была открыта. Видно, предусмотрительный Стефанек специально не закрыл ее.
— Ничего не вижу, — прошептал майор.
— Взгляните на ворота гаража, на самый низ, — тоже шепотом отозвался Зборковский. — Светится!
Неваровный разглядел наконец узенькую светлую полоску на бетонном пороге гаража.
— Я пойду первым, — предложил молочник, — а вы за мной. Только тихо.
Словно две тени, они проскользнули во двор. Осторожно переставляя ноги, чтобы не споткнуться, Зборковский продвигался в сторону террасы. Майор шел следом.
Они остановились, заслоненные почти двухметровой стеной террасы. За ней находился гараж с таинственной лабораторией.
— Надо обойти дом. Окошко со стороны сада, — пояснил молочник.
С минуту они прислушивались. Тихо, словно все вымерло.
— Пошли. — Зборковский взял майора за руку, и они вдоль стены добрались до угла. Молочник осторожно высунул голову, вглядываясь в темноту. Все было спокойно.
Они снова прошли несколько шагов. Приблизительно в метре от земли располагалось довольно большое овальное окно, действительно заклеенное изнутри черной бумагой. В одном месте она была порвана, щель ярко светилась.
Зборковский наклонился к окошку и долго разглядывал внутренность помещения. Наконец он выпрямился и прошептал почти в самое ухо майору:
— Есть. Взгляните сами.
Неваровный наклонился. В тот же момент он услышал приглушенный вскрик и звук падающих тел. Он мгновенно выпрямился и обернулся уже с пистолетом в руке.
На земле, сцепившись, в яростной схватке, катались два человека. От ближайшего дерева отделилась тень и мчалась к ним огромными прыжками. Майор знал, что это капрал Неробис, и он действует, как было условлено. Но кто же столь неожиданно пришел на помощь Неваровному и предотвратил удар, который должен был последовать? Из-за угла террасы выскочили еще двое и включились в схватку.
Бандит был человеком физически сильным и тренированным. Но с пятью он справиться не мог… Щелкнули наручники.
Стефан Зборковский стоял у стены гаража со скованными руками. А в человеке, первым бросившимся на преступника, майор, к своему огромному удивлению, узнал капитана Левандовского. С ним были два оперативника из воеводского управления.
— Это вы, капитан? — Неваровный не мог удержаться от этого вопроса.
— Хорошо, что я успел. Еще секунда, и вы последовали бы за старшим сержантом Квасковяком. Ужасное легкомыслие. Вот этим вам раскроили бы голову. — Левандовский поднял с земли тяжелый гаечный ключ.
Майор засмеялся.
— Прошу вас, капитан, ударьте. — С этими словами он отвернулся и слегка наклонился.
— Что за шутки?
— Ударьте, ударьте, я не шучу. И посильнее.
Левандовский легонько стукнул ключом по вязаной шапочке майора. Раздался металлический звук.