— Корпуса. Герметичность плохая, при вибрации контакты разбалтываются. Станцию несут на спине, она трясётся на каждом шагу. Через неделю марша половина соединений нужно перепаивать. А в полевых условиях паяльника нет.
Сергей встал, подошёл к окну. Кремлёвский двор, снег, часовой. Мирная картина. А пять месяцев назад в Финляндии красноармейцы шли в бой, и связь работала через раз.
— Операция «Котёл». Что показала связь?
Найдёнов помедлил. Это был другой вопрос, не про заводы. Вопрос, который касался живых людей.
— Плохо, товарищ Сталин. Из штаба десанта приходили рапорты. Станции отказывали от влажности: морской воздух, конденсат, контакты окисляются. Командиры бригад теряли связь с батальонами. Приказы шли с опозданием.
— Пример.
Найдёнов достал из папки отдельный лист. Копия рапорта, бланк с печатью.
— Двадцать седьмого августа. Морская пехота под Ловийсой. Командир бригады отправил приказ на выдвижение в шесть утра. Станция отказала: влага попала в корпус, замкнуло контакты. Пока чинили, прошло два часа.
Он ткнул пальцем в текст.
— Приказ передали в восемь. Но на приёмном конце станция тоже барахлила. Радист принял половину, остальное запросил повторно. Пока туда-сюда, ещё час. Приказ дошёл до второго батальона после полудня.
— Шесть часов задержки.
— Почти. Батальон не знал, куда двигаться, и стоял на месте. Финны успели отойти.
— Из-за связи?
— Из-за связи. И из-за влажности. И из-за того, что станции не рассчитаны на морские условия. В Ленинграде на заводе сухо, всё работает. На берегу Балтики — ничего не работает. А на Халхин-Голе была другая проблема: жара, пыль, песок в механизмах.
Найдёнов положил лист обратно в папку.
— Я отправил инженеров на разбор после операции. Троих. Они смотрели, записывали, привезли список проблем. Двадцать три пункта. Половина решается на заводе, половина — конструкторской переделкой.
— Когда переделка?
— Начали. Новая модель РБМ, «модернизированная». Другой корпус, другая батарея, защита от влаги и холода. Первые образцы к марту. Серия к лету.
— Хорошо. А мороз? Зимой сорок первого будет холодно.
— Это следующий этап. После защиты от влаги — защита от холода. Батареи, которые работают при минус сорок. Припой, который не трескается. К осени.
Сергей посмотрел на него. Найдёнов знал. Понимал, что операция «Котёл» — репетиция. Понимал, к чему готовятся.
— Что с кварцем?
— Шубников.
Найдёнов произнёс имя так, словно оно объясняло всё.
— Лаборатория при Академии наук. Единственное место в стране, где умеют резать кварц с нужной точностью. Мощность триста элементов в месяц. Потребность тысяча двести. Дефицит четырёхкратный.
— Почему так мало?
— Оборудование. Резка кварца требует алмазных пил и прецизионных станков. У Шубникова один станок, немецкий, тридцать второго года. Второй сломался в ноябре, запчастей нет. Он просит оборудование для резки кристаллов, двух инженеров, помещение. Я передал в наркомат. Без движения.
— Без движения значит без результата.
— Так точно. Наркомат говорит: нет фондов. Госплан говорит: нет приоритета. А станции выходят с браком, потому что кварц плохой.
Сергей взял карандаш, записал в блокноте: «Шубников. Оборудование + помещение. До 1 февр. Через Кафтанова. Лично. Приоритет оборонный».
— Свердловский завод?
— Строится. Корпус готов на треть. Монтаж первой линии не раньше июля. Проектная мощность двести станций в месяц. Мало.
— Сколько нужно?
Найдёнов закрыл папку, открыл вторую. Там таблица: строки, колонки, итоговые суммы подчёркнуты красным. Работа многих ночей.
— К июню сорок первого в войсках должно быть восемь тысяч исправных станций. Сейчас три тысячи четыреста, из них исправна половина. Нужно произвести пять-шесть тысяч за полтора года. Козицкий даёт полторы тысячи в год, если без брака. Дефицит четыре тысячи.
Он говорил цифры наизусть, не глядя в таблицу. Выучил, как молитву.
— Типы станций. Какие нужны?
Найдёнов перевернул страницу. Ещё одна таблица.
— Три основных типа. РБ — ротная и батальонная, я говорил. Дальность пятнадцать километров, для пехоты. РСБ — полковая, дальность пятьдесят километров, для штабов. РАТ — мощная, дальность триста километров и больше, для армий и фронтов.
— Соотношение?
— На одну РАТ нужно десять РСБ и сто РБ. Пирамида. Сейчас пирамида перевёрнута: РАТ хватает, РСБ еле-еле, РБ острый дефицит. Пехота воюет без связи.
— Почему так?
— Исторически. РАТ делали в первую очередь, для высшего командования. Считалось, что низовое звено обойдётся посыльными и проводом. Провод тянется, посыльный бежит. Радио — роскошь.