Выбрать главу

— Так и сказал?

— Так ему и сказал. А он смеялся, ровно его кто щекотал. Потом насмеялся вволю и говорит: «Никого бы не отпустил, а тебя на похороны отпущу».

— Так и сказал?

— Так и сказал.

Процессия бредет вдоль деревни. Люди выходят из домов, то один, то другой присоединяется к идущим за гробом… Братья некоторое время молчат.

— Как же ты, бедняга, теперь с хозяйством управишься?.. — вздыхает старший.

— Мама наказывали конца траура не ждать и жениться.

— Не разрешат, поди…

— Мама, как исповедовались, ксендзу сказали, чтобы разрешил.

Они снова умолкают. Старший смотрит в направлении дома, к которому приближается процессия. Бабы тоже поглядывают в ту сторону, и только стражник бредет безучастно, уставясь куда-то себе под ноги.

— Гляди ты, городская тетеря! — толкает его вдруг одна из баб.

Стражник вздрагивает и тоже смотрит в сторону хаты, на которую смотрят теперь уже все. В окне мелькает женское лицо, исчезает за занавеской, за внезапно возникшей вдруг спиной арестанта, который оказывается в поле зрения стражника.

— Стой! — кричит стражник и с размаху бьет арестанта в спину прикладом винтовки.

Крик… арестант утыкается в песок. Стражник останавливается над ним, смотрит, потом дергает за воротник. Парень не поднимается. Стражник беспомощно смотрит на женщин, с пением проходящих мимо, потом на окно, в котором снова сквозь занавеску виден женский силуэт.

Процессия минует их, стражник, все еще держа одной рукой парня за шиворот, другой машет, подзывая тюремную машину, которая пылит где-то сзади. Шофер прибавляет газу, останавливается в нескольких шагах.

— Что?

Стражник не отвечает. Вдвоем с шофером они поднимают арестанта и тащат в машину.

— Должна быть справедливость, — шепчут залепленные песком губы парня.

— Будет она тебе, собачья твоя… — ругается стражник и захлопывает дверцы. — Дикий народ, — говорит он, обращаясь к шоферу. Качает головой и повторяет: — Дикий народ…

Печально гудят колокола, заглушая скрипучее пение старика, похоронная процессия вступает в ограду костела.

Перевод В. Киселева.

Лешек Пророк

АЛИСА В СТРАНЕ ХМУРЫХ ТУЧ

Вот один эпизод тернистого пути учительницы Плотникувны. Но сперва ее портрет в подлиннике. Она вызывает улыбку у большинства своих коллег, как всякий несовременный человек. Впрочем, несовременный еще не значит старомодный. Плотникувна преподает историю и, надо сказать, прекрасно разбирается в ее законах, в генезисе великих событий, обусловивших наш сегодняшний день. Об этом она и спрашивает ребят до самых выпускных экзаменов, выгодно отличаясь от более молодых, самонадеянных учителей, которые чрезвычайно чувствительны к тому, с достаточной ли долей уважения поздоровался с ними ученик.

Алиса несовременна — она ходит и двигается не так, как все. Не позволяет себе лишних движений. Говорит округлыми, законченными фразами, их можно было бы назвать книжными, если б в книги с какой-то поры не хлынули широкой волной вульгаризмы. Ребятам она привыкла верить на слово, по ее мнению, дерзкие девчонки и крикливые мальчишки куда благороднее и глубже, чем полагают учителя на своих педсоветах. Да, она несовременна, но вполне можно допустить, что такой она была и двадцать лет назад, и еще раньше, так что, думаю, старомодность тут ни при чем.

То же и в наружности ее, и в гардеробе. Между прочим, оттенок высокопарности в слове «гардероб» явно усиливается в применении к Плотникувне. У нее не «одежда» и уж тем более не «тряпки» и не «шмотки», а именно «гардероб». Что же до ее портрета в самом прямом смысле, то Алиса увядшая женщина среднего возраста и роста. Лицо ее не знает помады и пудры, бесцветные волосы — завивки, а ровно и коротко остриженные ногти незнакомы с лаком. В Плотникувне начисто отсутствует женское обаяние, нет в ней этих манящих прелестей — явных, недвусмысленных, хотя словами их не выразить. В Алисе сперва видишь человека, а уж потом замечаешь, какого она пола. Отношение к ней в школе неопровержимо это доказывает. Алисе никто не пытается адресовать двусмысленные шуточки, которые вроде бы вызывают протест молоденьких учительниц, а по сути, необходимы им, как и всем людям, просто для разрядки.