Когда зашли в квартиру, собака обратно спряталась в шкаф, стоящий в углу коридора, тревожно поглядывая на темнеющий зал, словно она видела в нём нечто, чего человек видеть не мог. Алексей лишь тяжело вздохнул, войдя в зал, он огляделся. На первый взгляд, всё было на своих местах. Алексей хотел убедить себя, что события прошлой ночи больше уже не повторятся. Для проверки этой версии он извлек Баффи из шкафа и притащил ее в зал, поставив на пол.
Было видно, что собака очень сильно напряжена, как вдруг стоявший на шкафу старый приемник, привезенный его отцом из Риги, сорвался со своего обычного места и с невероятной скоростью полетел в сторону собаки. Баффи с ужасом бросилась к двери, но предмет не достиг цели — он врезался в пол, именно в то место, где только что сидела собака, и с глухим ударом раскололся.
Алексей застыл на месте, приемник, который бережно хранился как память об его отце, валялся на полу, его угол был отколот. Он машинально поднял прибор, осмотрел повреждение, один угол у него отсутствовал, Алексей присел на корточки и стал осматривать пол вокруг, ища осколок, для того, чтобы в дальнейшем отремонтировать, но нигде его не нашел, обломки устройства исчезли, словно их не существовало вовсе.
– Вот это уже интересно… – пробормотал он, пытаясь найти объяснение.
Но на этом события этого дня не закончились, Алексей Васильевич, измученный странными происшествиями, зашел в спальню и сел на краю кровати, пытаясь провести разбитый приемник в рабочее состояние.
Под кроватью у Алексея хранился небольшой арсенал домашних заготовок, доставшиеся им от заботливой тёщи. Трёхлитровые банки с огурцами и помидорами стояли ровными рядами. Внезапно одна из банок та, что была с огурцами поднялась в воздух. Алексей застыл, наблюдая, как она медленно, но решительно взмыла над кроватью и, не обращая внимания на хозяина, стремительно полетела в сторону окна. Пролетев через всю комнату, она с невероятной точностью пробила два стекла. Причём, как будто ножом вырезала отверстие строго по своей форме. Банка с огурцами вылетела наружу, описав в воздухе дугу, Алексей Васильевич мгновенно распахнул окно и с испуганным лицом выглянул на улицу, увидев, как банка не разбилась, а приземлилась прямо на тротуар перед входящий в подъезд соседкой Клавдии Спиридоновны.
Клавдия Спиридоновна, почтенная соседка с первого этажа, едва избежав несчастного случая, подняла голову и увидела как из одного окна выглядывало напуганное лицо Алексея Васильевича.
— Ах ты! ... — завопила она на весь многоэтажный дом. — В голову бы попало — и всё, аминь!
– Клавдия Спиридоновна! Это какое-то недоразумение! – оправдывался Алексей Васильевич.
Но Клавдия Спиридоновна не желала ничего слушать.
– Недоразумение? Банка чуть мне голову не проломила! Я сейчас полицию вызову, чтоб тебе не повадно было! Будешь знать как кидаться банками!
С этими словами она, величественно поправив сумку на плече, скрылась в подъезде.
Через час, когда Алексей Васильевич уже окончательно запутался в своих мыслях, в дверь его квартиры раздался звонок. На пороге стоял участковый в тщательно выглаженной форме. В одной руке он держал ту самую трехлитровую банку, в другой папку с документами.
— Эта ваша банка? — строго начал он, заходя без приглашения в квартиру.
— Да, моя, — нехотя признался Алексей.
— На вас жалоба от вашей соседки поступила. Вы же взрослый человек, зачем же вы кидаетесь банками в людей? — строго спросил участковый. — Если бы это попало в голову вашей соседке, последствия были бы... летальные.
— Да я ее не бросал! — воскликнул Алексей. — У нас тут... полтергейст!
— Полтергейст, значит, — участковый насмешливо поднял бровь, за время своей службы в полиции ему приходилось выслушивать еще и не такие оправдания. — В каких вы отношениях с Клавдией Спиридоновной? Ссорились?
— Да, никаких! В нормальных, причин для ссор не было.