Джело нажал на пульте кнопку включения. С кухни раздался шум воды и позвякивание посуды. Сунён села рядом с тем, кого терпеливо, скрытно, непоколебимо любила, не предпринимая ничего уже не первый год.
- Ты всё ещё её любишь, - зачем-то произнесла она. Джело дернул челюстью.
- И что дальше?
- Ты ведь не полезешь портить счастье моему брату?
- Нет, - юноша сделал погромче. Чтобы в соседней комнате не слышно было, о чем идёт речь. – Если они всегда будут счастливы, я не вмешаюсь.
- С чего бы им перестать ими быть?
- Всякое бывает… что угодно может убить чувства, разрушить их…
- Что ж на твои ничего не действует? – Джело притих. Противоречащий сам себе, он не анализировал и не сравнивал, он просто говорил, как думал. – Тебе следовало остаться в Сеуле. Ты напрасно себя мучаешь.
- А там бы я мучил Мэю. Я должен был улететь.
- Мэя вышла замуж, едва ты смылся, не так-то глубока была её любовь.
- Я знаю, и у неё уже дочка, и всё хорошо без меня… судьба сразу показывает, где человек был лишним.
- Ты питаешь надежду, потому что у них с Химом нет детей? Поэтому тебе кажется не преступным разрушить такую семью? – прищурилась Сунён. Она не была беспардонной и нарочито злой, но неумение быть деликатной и тактичной создавало то ощущение жестокости, что выходила на первый план в её образе. – У них детей и не будет.
- Ты знаешь? – посмотрел на неё Джело.
- Брат обмолвился. Он не бросит её из-за этого. Иногда общая беда способна сплотить сильнее. Да и… с тобой бы у неё их тоже не было. Проблема ведь в ней, я права?
- Откуда тебе знать?
- Химчан сын Джунвона! У него никаких проблем быть не может.
- Ты тоже его дочь, но почему-то у тебя на личном вообще труба, и проблем дохерища, - как другу, привычно предъявил Джело. – Так и будешь отшельницей до старости? Сколько можно горевать по отцу? Да, я его не знал, но пусть он был даже самым лучшим и идеальным человеком на планете, твоя жизнь продолжается! Ты уговариваешь меня идти дальше, а сама завязла! Хочешь кого-то чему-то научить? Покажи пример, безумный лунатик, заживи полной жизнью, а? Слабо? – Сунён прищурилась, будто перестав дышать. Обычно, когда людей выводят на гнев или возмущение, они пыхтят, она же застывала коброй перед атакой.
- Давай заживём ей вместе, - однозначно изрекла девушка. Знал бы кто, чего ей стоило совершить этот подвиг и предложить такое, обличавшее её истинные чувства, наконец-то говорящее о тайне её души…
- Так и я об этом же! Давай покажем пример друг другу! – взял её за руку Джело, и близко не поняв намека. Нет, не поняв прямого текста, не воспринятого даже как намёк. – Я попытаюсь забыть Шиллу, а ты попытайся быть нормальной, найди себе парня. В наше время тебя скоро начнут дразнить старой девой, - улыбнулся молодой человек, потрепав её ладонь. Сунён посмотрела на стыковку их рук. Сердце бешено выпрыгивало к горлу, но внешне она не подала вида, что ноги стали ватными, а по спине бежали мурашки.
- Это не самое страшное, что может случиться, - пробормотала она. Потом забрала руку, прижав её к груди. Ещё немного, и переизбыток удовольствия от этого скромного касания лишил бы её голоса. – Я боюсь секса.
- Чего? – удивился Джело, сползя на пол с дивана вместе с подушкой и подложив её под спину. Сунён посмотрела на него сверху вниз. Все её самые прекрасные сны были наполнены этим молодым человеком, его высокой фигурой. Она и наяву готова была ползти по стенке от головокружения, стоило только вблизи посмотреть на его длинные ноги, на его высоченный рост, с которого он по-братски вечно тормошил её, плевав на нелюдимость и неиссякаемые страдания, прописавшиеся на её лице. Лунатиком её тоже прозвали не зря, иногда она вставала и ходила по ночам, чего потом не помнила. Парни не раз ловили её где-нибудь в прихожей или на подоконнике, пытающуюся открыть окно. Она была полна каких-то нелепостей, недоделок, собрание недостатков и странностей, но Джело никогда не относился к ней, как к сумасшедшей, хотя и мог мирно обзываться, повторяя за другими: Хисуи, Дэном, Санха. – Чего бояться-то его? Расслабься и получай удовольствие.
- Я же боюсь крови, - напомнила она. Джело хотел сказать « и что?», но до него дошло и ему стало неловко от того, что он понял. Ну разумеется, девственница – как ей быть? Она же потеряет сознание, если увидит или почует кровь.
- М-да, проблемка, - согласился парень. – Ну, я не знаю, напейся что ли для храбрости. Как-то же надо начать.