И, наконец, мы дошли до другого корпуса, того, который находился напротив учебного. До «общаги». Наша комната на втором этаже. Небольшая, но вполне ничего. Пара кроватей, тумбочек и письменный стол — вот набор мебели во всех общагах всех миров. Кое-где и того — не дождёшься.
— У вас завтра в восемь утра лекция в аудитории медитации. Там вам скажут, куда идти дальше и вообще расписание своё получите там. — Сказала мисс Берген напоследок и закрыла за собой дверь.
Нельм.
«Двести официальных и столько же личных писем от десяти школ!
Еще ведь даже нет оповещения о идентификации… И всё просто потому, что старому пердуну вздумалось сочинить глупые вирши об озбранном и его героической миссии по спасению этого мира! При том, что миру ничего не грозит.» — думал я два дня назад, перелопачивая почту.
Сейчас, когда подтверждение пришло, и моему агенту довелось найти носителя необычайно сильного дара, я вынужден делать всё, чтобы завуалировать информацию о находке. Иначе школа лишится потенциального гения — её просто переманят, ведь есть школы богаче и престижнее. Шанс для повышения престижа школы — вот что из себя представляет новая адептка с таким даром. Странно, он вовсе не производит впечатление особо сильного мага. Пришлось глубоко просканировать её ауру, чтобы убедиться, что она вообще имеет отношение к магии. В тихом омуте… Вот как раз про неё. С ней будет куча проблем, как мне кажется.
Как только за новенькими закрылась дверь, я задумчиво потянулся за недопитым кофе.
И чего она так пялилась на моё лицо? — спросил себя я и подошел к небольшому зеркалу в стене. Нет, вроде всё как всегда, разве что вид слегка усталый. Женщины… Пойми, что у них на уме…
Заместитель сочувственно посмотрел на меня, передавая ещё одну стопку свежей почты. Вторую за сегодня. Ну что же… Нужно сделать всё правильно, тогда со временем отстанут.
Дело в том, что только мы готовим спецов по перемещениям такого уровня и рассылаем их по вселенной. Но кадры нужны всем, вот и лезут из шкуры, дабы не упустить шанса завербовать народ, нами найденный. Конечно, официальными ходатайствами они не ограничатся, будут подсылать своих в этом особенном случае. Будет над чем поломать голову, например, над тем, как скрыть избранность новенькой.
Подумав, я решил для начала ввести запрет на ношение любых артефактов, кроме выданных нами на территории школы. Мало кто из учеников имеет шанс обнаружить аномальную силу дара избранной, а чужих будем «не пускать» всеми способами. Ну и, разумеется, придётся глаз с неё не спускать, но это дело нехитрое, хоть и утомительное.
Я позвал зама и дал ему указания насчет Сандры. А сам сел магичить над кулоном, который собирался ей передать.
Очень вероятно, что «жуки» (подсадные) уже здесь. — думал я, спеша скорее закончить магическое плетение; процесс отнимал очень много энергии, я успел опустошить три кристалла — накопителя магии, съесть чуть не полкило шоколада не отрываясь от процесса создания плетения. Я завершил работу далеко заполночь, устал неимоверно, но остался доволен проделанной работой. Артефакты — моя специальность, одно из того, что у меня получается лучше всего. Мой конёк — магия боевой трансфигурации, но артефакты — то, чем я зарабатывал на обучение в этих самых стенах.
Я глянул на медальон с изображением дерева на матовой серебристой поверхности. Обычный знак храма Жизни, такое не редкость среди молодых магов. Но этот будет тяжелеть каждый раз, когда его владелица будет встревать в переделки, и сигналить мне в случае опасности для её жизни. «Ты слишком ценна для нас, Сандра, чтобы тобой рисковать, особенно, когда на тебя идет охота, на всю голову двинутые сектанты храма Смерти и некоторые из тех, кто носит знак Дерева, с энтузиазмом убьют тебя, чтобы пророчество не сбылось»
Я надел медальон на шею, чтобы вещица признала хозяина и связала нити магии с моей аурой. Поплотнее закутавшись в плащ, я прошел под моросящим дождём в крыло для преподавателей. Дойдя до своей квартиры, я повернул ключ в замке и вошел в холодную берлогу, в которой жил один после смерти жены. Жестом я зажег огонь в камине и свечи на столе. Полпирога и пара бокалов вина несколько улучшили настроение. Я снял медальон: всё, теперь осталось прислать его ей.