Затем Белка и Лемор вышли из кабинета, причем оборотень практически нес подругу на себе. я сказала им, что приду позже. Преподаватели вышли и увели профессора. Так что стало очень тихо. И мы могли поговорить с магистром наедине. Меня снова мучала неизвестность. Я чувствовала себя уязвимой и слабой после плена и пыток, а ещё больше — от того, что некто знал все обо мне, а я нет. Я надеялась найти ответы если не на все, то хотя бы на часть вопросов. Магистр усадил меня в кресло, в котором я обычно сидела во время наших занятий артефактной магией. Затем он порылся в глубинах своего шкафа с утварью, и выпив из какого-то сосуда, вернулся к столу с большим подносом шоколада.
Я привычно слопала здоровенный кусок и успокоилась. Меня всегда успокаивала привычная обстановка.
Я подумала с минуту. Голова гудела ощутимо мешая мыслительному процессу.
— Что с нами будет? — задала я вопрос, не особо надеясь на ответ.
— У нас есть пленный. Он расскажет всё. И мы решим, что делать. Но одно мне ясно: игра зашла за границы дозволенного, а этот факт развязывает мне руки. Теперь я не буду ограничивать себя в средствах. Я использую влияние дружественных кланов, магов при наместнике и собственное оружие врага — услуги гильдии наемников.
— Ясно. Но где, где мы сможем быть в безопасности?
— Нигде, пока враг не побежден. — Не стал скрывать магистр. — никакие стены не дадут безопасного приюта. Вы и я в связке. И так будет, пока… Пока все не кончится.
Я обхватила плечи руками. Да. Тут нужно что-то посильнее шоколада, чтобы не впасть в депрессию.
Магистр избегал смотреть мне в глаза. И мне не удавалось поймать его взгляд. И я заговорила, чтобы нарушить неприятную тишину.
— Вы тогда сказали кое-что… Вы называли меня Амет. Что это значит? Вы что, дали мне что-то вроде боевого прозвища?
— Прозвище… Да. Так и есть. Ты ведь не против? — изменившимся голосом ответил магистр.
— Ну… Э… Обычай, да? Ну я не против.
Магистр встал с кресла и, откатив стол в сторону, придвинул свое кресло напротив моего. Затем он сел и взял мою руку в свои. Я не успела удивиться, как поняла, что он передает часть своей энергии. Я запротестовала.
— Вы не должны. Вы потратили столько сил, чтоб доставить нас сюда… Я в порядке, не нужно! — я выдернула свою руку из его, хотя мне и не хотелось этого делать. Я была истощена и очень нуждалась в пополнении резерва. К тому же его прикосновения приносили чувство защищенности и покоя. А их так не хватало мне сейчас…
Магистр вздохнул. — Амет, я хочу попросить тебя простить меня за то, что позволил этому случиться. Я обещал защиту. И подвел. Прости.
По его взгляду я поняла, что это действительно очень мучает магистра.
— Прощаю. Но, учитывая, что именно я — причина всего, то…
— Не ты. Твоя сила. Твой дар — причина всего. Но кто-то должен был стать его носителем и властелином. И я очень рад, что это ты. Я никогда не обучал более талантливого и упертого адепта чем ты. Но нужно помнить, что человек — не приложение к таланту, а совсем наоборот.
— Я это запомню. — сказала я.
Магистр снова взял мою руку. — Я могу угадать, о чем ты сейчас думаешь: тишина приносит боль. В тишине приходят мысли и воспоминания.
Я недоверчиво покосилась на него и кивнула. Нетрудно догадаться.
— И поверишь ли, я не хочу оставаться один сейчас. — сказал он, задумчиво чуть сжимая мои пальцы в своей руке. Он беспомощно взглянул мне в глаза. И что-то вдруг щелкнуло в моём мозгу. Я вспомнила, где я видела его ещё до первой нашей встречи в универе.
Два года назад. Постановка пьесы Ноэля Кауарда. Магистр был в главной роли. «Частные жизни». Весь спектакль я следила, как помню, в основном за его игрой.
Я треснула свободной рукой себе по лбу.
— Вот дырявая голова! Вы же были в «Частных жизнях». Я видела вас на подмостках. — радостно выдала я. В голову полезла мысль попросить у него автограф. Но потом я вспомнила, что у меня есть копия договора с его подписью. Смешно…
Магистр был удивлен не меньше моего. — у вас отличная память на лица…
— Но как вас занесло на сцену, магистр?
— Я бываю в вашем мире так часто, как могу. Он очень интересен. И я неплохо провел время среди труппы актеров играя в той пьесе. Всего было семь сеансов, потом я вынужден был возвращаться. Но какое удивительное совпадение, мда…
— Мне показалось, что та роль написана для вас. Даже трудно представить кого-либо другого. Фантастика.
— Я рад, что вам понравилось. Что ж, теперь по крайней мере я знаю, почему вы так пристально изучали меня при первой встрече здесь. Хм…
Мы помолчали. За окном ливанул дождь. Первый зимний дождь. Магистр грел мои замерзающие руки в своих ладонях и молчал, хотя на его лице все ещё отражалось беспокойство.