«Страж» явственно потянул носом в мою сторону и медленно развернулся. Маг поспешно щёлкнул пальцами, дематериализуя животное.
- Во избежание… — пробормотал он.
Я не стал говорить, что пока такой «страж» принюхается, сто раз можно и с ним что-то сделать, и во дворец проникнуть. Но если такие монстрики здесь бегают по ночам или в отсутствие хозяина, а то и появляются, если незадачливый грабитель наступит на нужную песчинку, то…
- Пообедаем? — предложил маг. — Или сразу займёмся экспериментами?
- «Голодное брюхо к ученью глухо», — скомпоновал я две известные пословицы, нещадно извратив их. Никакими экспериментами мне заниматься не хотелось. И вообще… Только что вдруг пришла в голову неожиданная мысль: что-то маг больно разговорчивый. Не является ли это уже само по себе экспериментом? Это ведь тоже нападение на меня, хотя и вербальное. Не хочет ли он передать мне таким способом свою разговорчивость? Чтобы я, утратив бдительность, выдал бы ему все свои секреты? И неважно, что я и сам их не знаю — в самом деле, почему со мной происходит именно то, что происходит со мной? Я ведь до сих пор с этим не разобрался. То ли меня кто-то наградил таким свойством, то ли я благополучно приобрёл его сам, когда попал в этот мир.
- Слуг, я смотрю, нету, — заметил я, когда мы уселись за большим круглом столом. То есть заметил-то я это раньше, когда мы въезжали на креслах во двор. Трудно не заметить того, чего нет — каков каламбурчик-то, а? Их нет, а я заметил.
- А зачем они мне? — он скривился. — Маг я или не маг? Постоянно мешаются, суетятся, шумят, не дают работать. Жалованье, опять же, им плати… А так, — он щёлкнул пальцами.
Перед нами, будто вырастая из стола, появилось множество самых разнообразных тарелок, блюд, соусников, подносов, бутылок… Стол подозрительно затрещал. Но выдержал.
- А еду хоть есть-то можно? — я подозрительно скривился. — Помнится мне, магически сотворённое…
- Это не магически сотворённое! — быстро перебил он меня. — Это доставлено прямиком из королевской кухни!
- Хм… Ну и как шеф-повар посмотрит на то, что ты каждый день у него продукты тыришь? Да ещё в таком, я бы сказал, представительском виде?
- Ну, во-первых, от королевской кухни не убудет, во-вторых, шеф-повар давно в курсе — все придворные стоят на довольствии. А в-третьих, им там сейчас не до еды.
- Это почему?
- Так короля-то нет! — будто бы торжествующе объявил маг.
- Ага… — до меня как-то не сразу дошло сообщение, и я пробормотал: — Артиллерия не стреляла по тридцати шести причинам: во-первых, не было снарядов… Что?! Как нет короля? Неужели все закончились? Их ведь там было как собак нерезаных!
- Были, да все вышли, — маг подтянул к себе высокий хрустальный бокал с красным вином, единым махом выглушил его и откинулся на спинку кресла. Между прочим, не закусив. — Вашими стараниями, между прочим.
- Почему моими? — я взял себе точно такой же бокал, поднёс к носу, оценил тонкий аромат и чуть пригубил, улавливая вкус. Гм, неплохо. Сухое, как мне и нравится. Ну да, такое можно пить и без закуси. — Там многие приложили свои старания.
- Но главным-то были именно вы!
- Вы преувеличиваете мою скромную роль… — я сделал большой глоток. Да, хорошее вино. Можно даже сказать — очень хорошее. И я сделал ещё глоток. — Если бы не их ослиная упёртость, вполне можно было разойтись красиво, без всяких там мордобоев и членовредительств.
Он налил себе ещё из бутылки. Я допил своё и протянул ему бокал:
- И мне, пожалуйста. Замечательное вино!
Маг шевельнул пальцем, бутылка подлетела ко мне, наклонилась, наполнила бокал, не долив примерно пять миллиметров от края, и вернулась на место. Я положил себе индюшачью ножку — судя по размерам — и полил её горчичным соусом. С одной стороны, демократичненько, с другой — официанты создают особую атмосферу… прошу не понять превратно. Ну да ничего, обойдёмся и без официантов. Демократы мы или кто?
Маг неожиданно быстро опьянел. Это с двух бокалов сухого вина? Или он ещё до встречи со мной квасил, а тут добавил, на старые дрожжи. Вот и развезло.
Но держался он по-прежнему прилично. Его просто начало заносить — он принялся рассказывать о чём-то своём, наболевшем, о каких-то внутридворцовых интригах, называл какие-то имена, прозвища, злобно хихикал…