Сейчас скорость передвижения меня вполне устраивала — не то, что на телеге! — и я с удовольствием оглядывал живописные пейзажные окрестности и окрестные живописные пейзажи. Пейзажная живопись окрестностей так и просилась на холст. Как жаль, что я не художник! А то бы такого понарисовал!..
- Далеко до столицы? — поинтересовался я.
- Два дня пути, — ответил Илиадор.
- Ночевать опять в поле будем?
- Зачем? — удивился он. — К вечеру доберёмся до постоялого двора, там и заночуем.
- Вот как! То есть у вас тут продуманная сеть постоялых дворов? На расстоянии дневного перехода, да? И так на всех дорогах?
- Ну, в общем, да. Это ведь удобно — как путешественникам, так и содержателям самих дворов. Жить-то на что-то надо. Вот и прикидывают, где поставить, откуда брать продукты, воду, вино… пиво-то, в основном, все чаще сами варят. Ну, и остальное. С одного двора семей двадцать-тридцать кормиться могут, а то и побольше.
- Понятно…
Экономика должна быть экономной — это нам ещё на вводной лекции прочитали. Как его хоть звали-то, лектора нашего? Фамилия вроде Шаповалов, а вот имя-отчество… нет, не вспомню.
И тут, похоже, то же самое. Магия магией, а экономику тоже никто не отменял. Так может, и я тут на что сгожусь? Ну да, если бы не после первого курса сюда попал, а хотя бы после третьего… Но что уж об этом жалеть или на что-то надеяться! Приходится обходиться тем, что имеется в наличии. А мне грех жаловаться — аванс выдан неплохой. Как вот его только отрабатывать придётся, и чем? Или это просто подарок мне от этого мира? «От нашего барака — вашему!» — вспомнил я шутку времён президентства в США Барака Обамы, и усмехнулся. И времени прошло уже немало, и малым я был тогда, а вот гляди — запомнилось!
Ладно, не буду пока заморачиваться будущим, благо оно частично уже определилось: сейчас доберёмся до столицы, там постараемся купить домик… Это же надо: у меня будет собственный дом! А потом… а потом посмотрим, чем в столице можно заняться, чтобы и жилось нескучно, и чтобы от жизни что-нибудь хорошее иметь.
А пока можно озирать пейзажи, да лыбиться на встречные караваны да попадающихся навстречу путников.
Небо, как ни странно, выглядело точно таким же, как и наше, то есть пустынным. Но если по нашему нет-нет да пролетали самолёты да вертолёты, не говоря уже о вошедших в моду в последнее время дронах да квадрокоптерах — в большей степени полицейских, и в меньшей гринписовских, то в здешнем небе я что-то не замечал летающих магов. Неужели же они так не любят летать? А ведь сверху открываются такие виды! Решено: если в столице никто ни о чём подобном не додумался, я стану раскручивать фирму по организации полётов на воздушных шарах. Сначала на праздниках, ярмарках… а дальше видно будет!
Встречные караваны, идущие из столицы, не впечатляли: в основном нам попадались навстречу пустые телеги или такие, груз на которых выглядел минимально — скорее всего, укрытое в тряпках и ящиках оружие. Ювелирку так вообще, наверное, везли при себе, в нагрудных ладанках.
А вот попутные караваны, которые нам приходилось порой обгонять, шли тяжело гружёные разными разностями: здесь присутствовали арбы и возы со стогами сена, телеги, гружёные мешками с мукой и зерном, и щелястыми ящиками с кудахтающими курами… Стада овец и коз шли самоходом, чуть ли не поминутно останавливаясь на пастьбу на придорожных лугах, чтобы не потерять форму и вес. А почему бы и нет? Здесь даже обочины дорог экологически чистые, разве что чуть запылённые.
На одной из телег, в составе тянущегося в столицу каравана, я заметил установленную большую клетку с чем-то очень знакомым… Сначала я не понял, что в ней находится. А когда понял, то не поверил своим глазам. А когда поверил — тем временем мы подъехали уже достаточно близко, чтобы рассмотреть находящееся в клетке во всех мельчайших подробностях, — то, мягко говоря… обалдел.
В клетке находился… огромный арбуз. Совершеннейший обыкновенный арбуз: зелёно-полосатый, с длинным хвостиком-оселедцем на макушке. Но в нижней трети его круглого тела распахивалась просторная алая пасть с чёрными зубами-семечками. И оттуда доносилось утробное рычание…
Нет, я же говорю, что поначалу мне показалось, что это такой гигантский арбуз, с надрезом на полкорпуса — для проверки спелости. А в клетку поместили, чтобы никто до него не добрался и не съел.