Я стоял в нерешительности, поглядывая на манящую вдали чистой голубизной поверх зелёных зарослей извилистую поверхность речки — здесь местность расстилалась исключительно ровная, как будто бы совсем другой мир: славный зелёный лужок с пасущимися гусями и плавающими в воде утками, поодаль — коровье стадо с лениво трусящей вокруг него собакой…
А позади меня уходила вниз череда черепитчатых крыш с торчащими над ними и изрыгающими дым трубами, слышался перезвон молотов и тяжёлые вздохи накачиваемых мехов.
- Кого ждём? — послышался позади меня знакомый голос.
«А где же «Чего стоим»? — захотелось спросить мне, пока я поворачивался. — Иначе пароль неполный!»
Сид! Ну, копия, один в один. Только чуть поплотнее — сразу видно, что человек занимается тяжёлым физическим трудом. Но я всё же уточнил:
- Дект?
Он кивнул:
- Я.
- Сид предупреждал меня, что вы очень похожи…
- Сид? Ты его видел?
- Так он меня сюда и послал.
Дект помрачнел:
- Пройдём во двор. Посидим, поговорим. Погода позволяет.
Он ввёз за собой двухколёсную тележку — наподобие тех, которые были у нас в своё время распространены — и принялся сгружать наваленные на неё продукты.
- С рынка иду, — пояснил он. — Другие своё хозяйство имеют, а я не люблю в земле ковыряться.
- А что, некогда? Много работы?
Он быстро взглянул на меня и усмехнулся.
- Нет, работы как раз немного. Просто не люблю. Ладно, оставим эту тему. Кваску?
- Можно.
Мы присели за врытый в землю столик возле кузницы, на стоящие торчком возле него массивные деревянные кругляши — неокоренные спилы стволов.
- Пива я не пью, — пояснил Дект, разливая квас из небольшого бочонка по кружкам. — И среди кузнецов вообще мало любителей спиртного: жара, тяжёлая работа… разморит быстро. То ли дело — квасок!
- Согласен! — кивнул я, отхлёбывая свою порцию.
- Как там Сид?
- Жив, здоров…
- И то хорошо.
- Я, собственно говоря, по делу…
- А ко мне без дела и не заходят, — усмехнулся кузнец. — Но больше полиция. Ну, и заказчики ещё какие-нибудь, не из местных. Тут дорога хорошая, так что я не жалуюсь, купчишки заворачивают. А свои… вы ведь соседей обо мне спрашивали? Долго, небось, ожидали?
- Соседей — нет. В самой нижней кузнице — да. Я оттуда пришёл.
- А-а, Ромник! Хороший мастер. И что он про меня наплёл?
Видно было, что Декту хочется выговориться, но, не имея в этом достаточной практики, он и не знал, как правильней завести разговор.
- Я не поддаюсь чужому мнению, — покачал я головой. — Мне достаточно было познакомиться и поговорить с Сидом, чтобы составить о вас своё собственное представление. К тому же у нас… известны истории о людях, вынужденных идти на сотрудничество с врагом, чтобы помочь своим.
- Да! — глаза его блеснули. — Ты понимаешь!
Он бросился в кузницу и загремел там какими-то железками.
- Вот! — он поставил на стол два стальных… хомута — показалось мне. С ушками под болты, чтоб надёжно затягивать на трубе… Тьфу! О чём я думаю! Это же и есть кандалы — «браслеты» для рук или для ног… скорее для рук, судя по диаметру. — Видишь разницу?
Я взял в руки один «браслет», затем второй. Первый выглядел чисто стальным цилиндром, с ровно обрезанной кромкой… которой можно и порезаться! А вот на втором кромка прилично закруглена, да и сам «браслет», казалось, немного выгнут краями наружу.
- Этим не порежешься! — покрутил я его в руках. — Но зато и верёвку перепилить невозможно.
- Вот! — он поднял палец. — То же самое я объяснял и полиции! Только не про верёвку, а про цепи. Но и про верёвку тоже, — поправился он. — Мало ли где каторжники могут её достать? Тюфяк, например, разрежут, или одеяло… А так — нет. А что железа людям ноги меньше натирают — это уже совсем другое дело. Ну и… — он исподлобья посмотрел на меня, несколько мгновений поколебался, потом махнул рукой: — А-а, сейчас!
И снова отправился в кузницу. Опять греметь железками.