Мы добрались до гор на третьи сутки. Виноват в такой задержке был мой возок, моя кибитка. Я сразу сказал и лорду-сенешалю, и Демяну, и Илиадору… И всем остальным, разумеется, но эти трое были у нас как триумвират, как главные командующие. И удивительно, как они умели втроём быстро прийти к единому мнению — будь то выбор места предстоящей ночёвки, кратчайшего пути… и всех остальных мелочей. Придётся их всех сразу вводить в будущий Совет Министров.
И вот тут, с возком, они упёрлись, как три осла. А человек, как общеизвестно, и с одним-то может управиться с великим трудом.
А я им всем сразу сказал, что нафиг он нужен, этот возок, я лучше поеду верхом — и быстрее будет, и мне привычнее, да и обзор с лошади намного лучше, чем через оконца. Но они упёрлись — и ни в какую! Что это, мол, за король, если верхом едет? Несолидно, мол. Нормальный, отвечаю, боевой король — неужели у них тут короли свои войска в атаку не ведут? Оказалось — не ведут. Наблюдают с подходящего пригорочка. У нас вон Дмитрий Донской вообще будто рядовой воин сражался!
Ну, ладно, плюнул я и по-прежнему продолжил трястись в кибитке. И что же? Через полдня лопнула ось, вылетело пару спиц, и вообще кибитку перекосило. Ещё хорошо, что поблизости как раз место для ночлега обнаружилось, так мы эту кибитку благополучно сожгли!
Потому что я нашёл в оправдание своей версии то, что кибитка демаскирует нас при передвижении возле — или через — населённые пункты. А когда все верхом, то от других путников не отличишь. Все-то в основном верхами передвигаются. Ну, кроме торговых караванов, разумеется.
Формулировка «демаскирует» понравилась всем троим, и кибитку благополучно приговорили к сожжению.
Припасы, лежавшие в багажном отделении кибитки, старательно перегрузили на одну из тянувших её лошадей, сам я взгромоздился на вторую… Взгромоздился — потому что запасного седла у нас не было, и пришлось мне култыхаться до ближайшего шорника в первой попавшейся попутной деревне. Кто-то порывался отдать мне своё седло, ну так они же все со временем обминаются каждое под свою задницу, так что мне, в принципе, всё равно неудобно было бы ехать — что в чужом седле, что на свёрнутой в несколько раз попоне. На попоне даже помягче чуток будет.
После покупки и подгонки седла скорость нашего передвижения заметно увеличилась, и «триумвират» вынужден был признать, что я был прав, выступая со своей инициативой скорейшего уничтожения возка.
А что вы хотите? Ваш король тоже кое-что соображает! Он вам не «свадебный генерал»!
- И это нам сюда придётся карабкаться? — задирая голову, спросил Илиадор, оглядывая заснеженные горные хребты.
- На перевалах пониже, — успокоил его лорд-сенешаль, а Демян добавил:
- Там даже и снега может не быть в это время года.
И тут влез Антак. Он до сих пор скромно молчал — ну ещё бы, что такое простой стражник по сравнению хотя бы с десятником Илиадором, полусотником Демяном или вообще с целым лордом-сенешалем! — и говорил лишь куда лучше ехать в спорных местах. Видно было, что здешние места ему действительно родные. Вот и тут он выступил с заявлением:
- Мы не пойдём через перевалы.
- Почему? — повернулся к нему лорд-сенешаль.
- Я знаю другую дорогу, короче и быстрее.
- Где это? — прищурился Илиадор.
- Через ущелье. Тропа ведёт прямо по нему.
- Гм… Не знал о таком… — протянул Демян.
- Это наша тайная тропа, — сознался Антак. — Она — большой секрет всего нашего народа.
- Что знают двое… — начал было лорд-сенешаль, но Антак перебил его — он осмелился даже на такое!
- Мы не такие. Мы предпочитаем молчать. А тайна есть тайна.
- Почему же ты сейчас…
- Но ведь с нами — король!